Книга Исцеление вечности, страница 42 – Джули Кагава

— Зачем ему это? — прошептала я.

— Саррену причины не нужны. — Шакал скривил губы в гримасе отвращения. — Шарики у него зашли за ролики давным-давно, и с тех пор все стало только хуже. Но это… — Он окинул взглядом город, покачал головой и пробормотал: — Проклятый псих. Зачем же ты портишь нашу еду? Мы можем не пережить еще одну эпидемию.

Небо над нашими головами опасно посветлело, почти все звезды погасли. У нас оставалось не так много времени, чтобы добраться до Внутреннего города.

— Сюда, — прошипела я Шакалу, ныряя в дыру в деревянном заборе вокруг многоквартирника. — До Четвертого сектора еще далеко.

Надо было торопиться.

Разумеется, дорогу в Четвертый сектор я нашла быстро — все-таки родные места. Я провела на этих вонючих развалинах семнадцать лет, выискивая пищу, прячась от патрулей, делая все возможное, чтобы выжить. Это была моя территория, я знала здесь все повороты, все короткие пути, могла быстро добраться куда угодно.

Тут проблемы не было.

Проблема заключалась в том, что, когда я была человеком, все вокруг тоже были людьми. Разумными, вменяемыми, не одержимыми жаждой убийства людьми. Теперь же улицы, здания, переулки и парковки наводнили зараженные безумцы. Безумцы, которые не боялись ни вампиров, ни боли, ничего и которые с воплем бросались на тебя, стоило лишь пошевелиться. Мы с Шакалом зарубили нескольких человек, кинувшихся на нас в слепой ярости, почти не уступавшей безмозглой злобе бешеных. Но по большей части мы прятались в тени, за стенами или на крышах, куда зараженные не поднимались. Я еще никогда не видела, чтобы столько людей бродило по улицам ночью — интересно, где же нормальные, незараженные? Если, конечно, они еще остались.

Горизонт на востоке уже залился зловещим розовым светом, когда мы наконец достигли стены Внутреннего города, прорубившись сквозь очередную толпу вопящих сумасшедших к железным воротам, что вели во владения Государя. Обычно тяжелые металлические двери усиленно охраняли: солдаты стояли на стене и еще двое хорошо вооруженных людей — прямо перед воротами. Теперь же двери были наглухо закрыты, а Внутреннюю стену никто не патрулировал. Никто не ответил на наши крики и стук. Похоже, Государь собрал всех своих подчиненных в глубине Внутреннего города, а Периферию бросил на произвол судьбы. Шакал выругался и от души пнул ворота.

Удар отдался гулким эхом, но двери были толстые, прочные, специально сделанные, чтобы выдержать нападение вампира. Они даже не дрогнули.

— А теперь что? — рыкнул Шакал, глядя на верх почти двадцатифутовой стены. Как и ворота, ее строили с тем расчетом, чтобы защититься в том числе и от вампиров. Стена была совершенно гладкая — ухватиться не за что, и никаких зданий рядом. Поверху в город мы пробраться не могли.

А до рассвета оставалось опасно мало времени.

— Пошли, — сказала я Шакалу, который уставился на стену так, словно собирался изрубить ее топором. — Оставаться тут нельзя, и внутрь мы так не попадем. Я знаю место, где можно поспать, — там безопасно, безумцы нас не побеспокоят.

Из-за угла появилась женщина — лицо ее являло собой одну сплошную кровоточащую рану — и с воем бросилась на нас. Я отскочила в сторону, дав ей врезаться в стену, и снова нырнула в недра Периферии. Шакал, изрыгая ругательства, последовал за мной.