Книга Закон бессмертных, страница 57 – Джули Кагава

Я замерла, а Кэнин поднялся на ноги, слегка удивленный. Как и я. Все произошло так быстро – я даже подумать не успела, что делаю.

— Хорошо, – поощрительно кивнул Кэнин. – Теперь ты видишь разницу, верно? Удары должны быть мягкими, скользящими – чтобы убить противника, его не обязательно колошматить.

Кивнув, я посмотрела на свой клинок и впервые почувствовала, что мы работали сообща, что я не просто размахивала, как попало, куском металла. Кэнин отшвырнул палку в угол.

— На этой ноте мы на сегодня закончим, – объявил он, и я нахмурилась.

— Уже? Я только-только приноровилась, и еще рано. К чему заканчивать? – Я ухмыльнулась и картинно взмахнула мечом. Тот сверкнул, словно бросая Кэнину вызов. – Боишься, что я стану слишком хороша в этом деле? Ученик наконец превзошел учителя?

Кэнин поднял бровь, но больше никак эмоций не проявил. Я задумалась: интересно, он хоть раз в своей жизни нормально смеялся?

— Нет, – ответил он и жестом пригласил меня на выход. – Сегодня мы идем на охоту.

Вложив катану в ножны за спиной, я поспешила вслед за Кэнином; внутри меня боролись волнение и тревога. Мы не покидали больничный подвал уже больше трех недель, с того самого столкновения с вампирами. Теперь бродить по туннелям было слишком опасно, а подниматься наверх, где кто угодно мог нас увидеть, – слишком рискованно. Я ела где-то две недели назад – когда я проснулась, Кэнин принес мне термос, наполовину заполненный остывающей кровью. Он не сказал, откуда взял ее, но кровь на вкус была водянистая, грязная и неуловимо воняла человеком-кротом.

Я хотела выбраться из темных комнат и вызывавших клаустрофобию коридоров больницы. С каждой ночью это желание лишь нарастало. От мыслей об охоте меня охватывало возбуждение, но при этом я боялась, что превращусь в то рычащее, голодное создание, каким была в ночь встречи с Кровавыми ангелами. Я боялась, что потеряю контроль над собой и убью кого-нибудь.

Но где-то в глубине души мне было все равно. И это пугало больше всего.

Мы поднялись по лифтовой шахте и быстро и осторожно двинулись сквозь жилые районы, стараясь не наткнуться на вампиров и охранников. Несколько раз Кэнин сворачивал с улицы, и мы ныряли в проулок или в заброшенное здание, прятались в темноте. Однажды мимо нас прошли трое охранников – так близко, что я могла разглядеть оспины на щеке одного из них. Если бы он развернулся и посветил фонариком в проулок, то заметил бы нас. В другой раз домашний в сопровождении двух хорошо вооруженных солдат остановился прямо у дверного прохода, в который мы юркнули пару секунд назад, и уставился внутрь дома. Я видела, как он прищуривается, всматриваясь в темноту, как прислушивается, стараясь различить какой-нибудь звук. Но вампиры, как теперь мне было известно, умеют замирать в полной неподвижности и оставаться в таком положении столько, сколько им требуется. Кэнин даже требовал от меня упражняться в этом нехитром умении в больнице. Я стояла в углу часами, не двигаясь, не дыша, не испытывая потребности ни переминаться с ноги на ногу, ни кашлять, ни моргать. Даже когда Кэнин метал в меня свой кинжал, попадая в стену в нескольких дюймах от моей головы, мне нельзя было пошевелить и ресницами.

После того как мы несколько раз едва не попали в передрягу, Кэнин привел меня на крышу какого-то здания, потом мы перебрались через ограду, разделяющую два сектора, и оказались в знакомых местах. Я узнала улицы, узнала скучившиеся вдоль тротуаров дома. Я увидела магазин старика Харли, запущенный, заросший сорняками парк с ржавой перекошенной детской площадкой, к которой никто и близко не подходил, увидела площадку между складами, где повесили троих Неотмеченных – казалось, это было целую вечность тому назад. И я знала: если мы срежем вот через этотпроулок и пролезем под ржавой оградой, то окажемся на краю пустыря и увидим вдалеке заброшенную школу.