Книга Пережить смерть, страница 108 – Дмитрий Клопов

Футболку Глеба, от шеи до плеча, покрывает яркая, свежая кровь. Как в кино! Я подхожу ближе, но Хлебушек лишь поправляет футболку и спокойно улыбается.

— Да все в порядке! Это ж не моя кровь, а этих троих. Ты, как я погляжу, со своим тоже справился? — уточняет мужчина.

— А то! Если бы копье не сломалось, я бы еще и тебе помочь успел, — гордо отвечаю я.

— Молодец! А теперь давай-ка убираться отсюда. Пошумели мы отлично, сейчас сюда как раз зомби сбегутся. Думаю, можно считать, что поставленную задачу мы с тобой выполнили на отлично. Ну, на четверку с плюсом, так уж точно, — говорит Глеб и первым направляется прочь из переулка, потирая окровавленное плечо.

За неделю до того, как Кира выбежала по деревянному настилу навстречу зомби.

Меня так и подмывает нестись сломя голову прочь с острова. Я знаю, что должен найти Андрея, потому что уверен — тот не успокоится, пока не найдет меня. Но мне не позволяют.

Взрослые говорят, что раз этот наш Андрей такой крутой, он сможет сам о себе позаботиться, а они не готовы рисковать своими людьми. Как раз соберут урожай на огородах и отправятся на его поиски.

День первый.

Я одним движением откидываю одеяло, словно это супергеройский плащ. За окном едва занимается рассвет, но мне все равно не спится. С тех пор как я узнал правду о дяде… о том, чем он занимался… и о Жеке. После того мерзкого случая в том тупике. А потом еще и Андрей пропал. Самое лучшее, что я могу сделать, это отвлечься.

Вкусный завтрак, милая беседа с поварихой и работа в поле. Обед и ужин в компании добрых людей, словно снова оказался в том убежище, в котором жил после смерти родителей. Вечером я все равно не нахожу себе места и отправляюсь рубить дрова. Эту работу никто не любит, а меня она отвлекает. Наконец, когда устаю достаточно, чтобы вырубиться, я плетусь в квартиру, чтобы рухнуть в кровать до следующего утра.

День третий.

Просыпаюсь весь в поту и ногами спихиваю промокшее одеяло на пол. Солнце едва-едва начинает бороться с предрассветной темнотой, но знаю, что сегодня заснуть мне больше не удастся.

Быстрый завтрак, непринужденная беседа с дежурными по кухне и, конечно, работа в поле. То самое, приобщение к труду, обещанное Тимуром. После ужина меня ждет топор, усталость и забытье, похожее на сон.

День пятый.

Сегодня просыпаюсь легче, но не тороплюсь открывать глаза. Низкое солнце, лишь чуть-чуть выглянувшее из-за горизонта, пытается пробиться через мои закрытые веки, и я сдаюсь.

Еда кажется пресной, словно вместо каши мне приходится жевать глину. Доедаю, коротко благодарю и ищу спасения в рутинной работе на грядках. Сегодня топор в моих руках держится ненадежно — мозоли от ежедневного вбивания колуна в массивную колоду плохо заживают. Однако мои навыки определенно растут.

День седьмой.

Будильник звонит, и я тянусь к этому чертову телефону. Моя рука лишь скользит по экрану, и тот сваливается куда-то под кровать.

— Да чтоб тебя! — ругнулся я, однако вставать не спешу.

Я укрываюсь одеялом с головой, но приставучий будильник не умолкает. Кажется, сегодня был тот счастливый день, когда мне удалось бы выспаться. Так и спал бы до полудня!

Выползаю из-под одеяла и плетусь в столовую. Поковырявшись ложкой в еде, я немного залипаю, разглядывая мозоли на руках. Мой папа, когда был жив, говорил, что люди с такими ладонями, как у меня сейчас, — второго сорта. Я непременно должен был хорошо учиться, чтобы зарабатывать своими мозгами, а не прозябать на ручном труде.