Книга Путешествие цветка. Книга 2, страница 62 – Го Го

На удивление, магия и правда подействовала. Ли Мэн постепенно пришел в себя и посмотрел на девушку. Он лишь чувствовал головокружение, но не мог вспомнить, что произошло. Цяньгу сказала ему, что Владыка уже заснул и не желает, чтобы его тревожили. Поэтому Ли Мэн передал ей слова Почтенного мастера, попросив поставить Бай Цзыхуа в известность, и в некотором недоумении покинул Дворец Бесчувствия.

Девушка облегченно вздохнула и, глядя на его удаляющийся силуэт, подумала: «Наконец-то удалось решить дело без кровопролития».

Когда она вернулась в комнату, Бай Цзыхуа все еще спал, а на губах его оставались следы алой крови. Цяньгу, склонив голову, посмотрела на него, желая протянуть руку и прикоснуться к его лицу, будто просвечивающему в лунном сиянии, но не решилась пойти против правил. Рукавом она осторожно вытерла капли крови с губ наставника, а потом мягко положила руку на его голову. Сверкнул фиолетовый луч – так девушка удалила и его воспоминания о сегодняшнем вечере. Иначе, с учетом способностей Бай Цзыхуа, даже если тот опять перестал сознавать происходящее, на следующий день он, очнувшись, несомненно будет смутно помнить о том, что сделал. Разве можно позволить ему узнать об этом?

Пусть этот сладостный и кровавый поцелуй в ночи станет самым чудесным воспоминанием в ее жизни, навечно запечатанным в пыли времен. Он – ее наставник и всегда будет для нее только наставником.

Хуа Цяньгу легонько накрыла Бай Цзыхуа одеялом, горько улыбнулась, а затем развернулась и вышла.

* * *

Проснувшись на следующий день, Бай Цзыхуа увидел пятна крови на кровати и понял, что вчера под воздействием яда вновь пил кровь ученицы. Впрочем, прежде он смутно помнил хоть что-то, но на этот раз не осталось даже расплывчатых воспоминаний. Владыка злился сам на себя. Похоже, больше нельзя здесь оставаться, иначе однажды он погубит жизнь Сяо-Гу, сам того не осознавая. Однако в последнее время непонятное, щемящее чувство привязанности в сердце заставляло его беспокоиться без причины. С чем же он не в силах расстаться?

Потом Бай Цзыхуа увидел на столе придавленное бруском письмо от старшего. Должно быть, Сяо-Гу оставила его здесь. Бессмертный отправился во Дворец Алчности. В целом необходимые приготовления уже сделаны. Нужно рассказать обо всем старшему, а потом покинуть гору Чанлю.

* * *

— Косточка! – изо всех сил старалась растормошить девушку Тан Бао.

— А? Что? – В смятении Хуа Цяньгу уронила на пол палочки для еды.

— Ты вообще меня слушаешь? С самого утра сидишь у окна и хихикаешь, будто умалишенная!

— Хе-хе… Все хорошо, продолжай. Я слушаю.

Тан Бао грызла капустный лист, будто носовой платок жевала, со смущением глядя на Цяньгу.

— Тогда скажи, как мне быть?

Девушка палочками выхватила у гусенички капусту, засунула себе в рот и принялась жадно есть.

— Как быть с чем?

Задыхаясь от возмущения, Тан Бао стала по столу перекатываться.

— Да ты меня вообще не слушала! Я сказала, что вчера вечером старший Ло признался мне в чувствах. Как теперь поступить?

Хуа Цяньгу вытаращила глаза, и те стали походить на медные колокольчики. Весь рис вывалился у нее изо рта прямо на Тан Бао, словно цветы, рассыпанные небесной девой^[26].

— Что?

Тан Бао смущенно спрятала голову. Тело ее порозовело, стало просвечивать, а сама она свернулась в комочек.