Книга Путешествие цветка. Книга 2, страница 144 – Го Го

Глубокой ночью у дверей комнаты Мо Яня незаметно появилась фигура и тихо промолвила:

— Дедушка-наставник, ученица Ни Маньтянь просит о встрече.

— Так поздно? Что случилось?

— Есть срочное дело, о котором я должна доложить вам, – набравшись смелости, ответила девушка, в глубине души все еще испытывая страх и благоговейный трепет перед строгим Почтенным мастером.

— Входи. – Мо Янь щелкнул пальцем, и в комнате зажегся свет.

Ни Маньтянь вошла, открыв дверь, и с благоговением преклонила колени.

— Простите, что так поздно потревожила вас, дедушка-наставник.

— Говори, в чем дело.

— Осмелюсь спросить, как вы собираетесь в дальнейшем разобраться с делом младшей наставницы?

— Ты говоришь о Хуа Цяньгу?

— Именно.

— Хм. Как с ней разбираться, не мне решать. Это же его ученица. Если кто вмешается, он будет крайне недоволен. – Мо Янь сильно негодовал по этому поводу.

Ни Маньтянь чуть заметно улыбнулась:

— Не гневайтесь, дедушка-наставник. Владыка всегда был милосерден. Тем более дело касается ученицы, которую он лично обучал. Неудивительно, что ему тяжело с ней расстаться.

Услышав эти слова, Мо Янь еще больше разозлился и сурово выругался:

— Каким бы милосердным он ни был, ни к чему половину своей жизни отдавать в обмен на жизнь этой девчонки! Вон до чего себя довел!

Ладно бы от наказания девчонку избавил, но нет ведь. Обязательно нужно было настаивать на том, чтобы столько гвоздей Рассеивающих душу вместо нее принять. Себя уберечь не может, так еще и пошел из последних сил ее раны залечивать!

Тоска сковала сердце Ни Маньтянь. Если так подумать, окажись на столбе Казни Бессмертных она, Ло Шии сидел бы с холодным выражением лица, совершенно не обращая на нее внимания. Ненависть разгорелась в ней с еще большей силой. За какие такие заслуги? С какой стати Ло Шии и все на этом свете так добры к Хуа Цяньгу? Даже жизни ради нее не жалеют! Она-то думала, что в этот раз девчонка окончательно исчезнет прямо у нее на глазах. Тогда больше некому будет с ней соперничать и мериться силами. А в итоге Владыка не только спас свою ученицу, но и оставил на горе Чанлю.

— И на этом дело закончится?

— А как иначе? – Мо Янь злился. Раз Бай Цзыхуа принял решение, никому не заставить его передумать.

— У меня… у меня есть о чем доложить вам. Только не знаю, следует ли об этом говорить и как мне об этом сказать.

— Раз решила сказать, хватит мямлить. Никто тебя не накажет.

Ни Маньтянь опустила голову и зловеще улыбнулась:

— Дело крайне важное. Дедушка-наставник, прошу, пойдемте со мной.

Мо Янь и Ни Маньтянь покинули Дворец Алчности и сразу отправились в Небесную темницу, на самый нижний уровень.

Поскольку темница была защищена магией, ее практически никто не охранял. Лишь на самом нижнем этаже, где содержали Хуа Цяньгу, поставили сторожить двух учеников.

— Приветствуем, Почтенный мастер! – Поскольку тот пришел посреди ночи, они немного растерялись.

Мо Янь посмотрел на Ни Маньтянь. Она хочет, чтобы он встретился с Хуа Цяньгу?

Ни Маньтянь кивнула:

— Нам нужно войти. Откройте.

Ученики, стоя на коленях и отбивая поклоны с покрасневшими лицами, не знали, как быть:

— Владыка отдал приказ: никому не позволено входить и навещать ее.

Мо Янь прищурился:

— Даже мне нельзя?

Ученики ответили с кислыми минами: