Книга По ту сторону тени, страница 269 – Каролина Роннефельдт

Пляшущее пятнышко света исчезло во тьме, как если бы свернуло за угол. Не раздумывая, Карлман направился за ним и понял, что Горм идет следом. Арва снова побежала вперед. По каменным стенам тонкими ручейками стекала вода, от холодной тьмы, мгновенно окружившей их, кровь стыла в жилах. Повсюду ощущалась всемогущая воля, пропитавшая крепость Погибели от самой высокой башни до глубочайших подвалов, которые сливались с основанием гор.

Вскоре место гладкой скалы заняла каменная кладка. Квендели старались не обращать внимания на то, что, как они подозревали, скрепляло камни. Они шли по ровным коридорам, потом поднимались и спускались по лестницам, а затем снова шли прямо.

Блуждающий огонек указывал путь, и друзья слепо следовали за ним, не зная, идут ли по узкому пешеходному мосту над зияющей пропастью или сквозь орду молчаливых призраков. Молодые квендели тревожились лишь о том, как бы им не потерять из виду огонек. Они понимали, что ведет их лишь надежда, а не точный расчет. Как бы то ни было, они отдали себя на милость духа. Карлман снова и снова отчаянно обращался к матери, умоляя не бросать его в страшной беде. Горм же без устали разговаривал с Гризельдой – он верил, что она услышит. Они спешили дальше, следуя за блуждающим огоньком, который порхал перед ними, словно большой мотылек. Маски они уже давно сняли; Арвы все не было видно.

Хотя путники не лишились разума – хвала святым трюфелям! – однако в конце концов они потеряли блуждающий огонек, который внезапно погас и оставил их в полной темноте, словно заживо погребенными в могиле. Окружавшая их тишина давила на уши.

Квендели в ужасе застыли.

— Что теперь? – едва переводя дыхание, спросил Горм и тут же робко добавил: – Карлман, где ты?

— Здесь, – прошептал тот и нащупал правой рукой левую руку Горма.

Они уцепились друг за друга, будто дети, заблудившиеся в глубокой ночи. Свободной рукой каждый из них сжимал меч, направляя его в темноту, чтобы отогнать любого, кто попытался бы к ним приблизиться.

— Я не знаю, стоит ли нам идти дальше, – шепотом сказал Карлман. – «В конце концов, свет тебе больше не понадобится». Эти слова я впервые услышал от твоей сестры. Пожалуй, теперь мы сможем наконец выяснить, что это значит; быть может, нам предстоит новое испытание, или же получится как с твоим сном, который потом воплотился в жизнь.

— Если блуждающим огоньком была твоя мать, то почему она нас покинула? – спросил Горм, и Карлман не нашелся, что ответить. – И где Арва, если кошки действительно так полезны, как утверждает старый Пфиффер? Елки-поганки, боюсь, тут нам придет конец, и он поистине жалок. Будем бродить в темноте, как Моттифорды, которых хульды случайно обнаружили в глубинах лабиринта, вот только Гундомар и Гландифер уже не поспешат к нам на помощь. Горе моей бедной сестре!

Карлман не знал, что сказать в ответ. Прислушиваясь к звенящей тишине, он во мраке ждал хоть каких-нибудь событий.

«В последний раз, матушка, пожалуйста, помоги нам!» – подумал он с нарастающим отчаянием. В следующее мгновение он вздрогнул, когда рука Горма рывком высвободилась из его руки. Послышался сдавленный крик.

Карлман полушепотом позвал друга, но ответа не получил, словно его спутник, который только что был совсем рядом, провалился в яму или угодил в лапы затаившегося в засаде врага. Карлман не смел пошевелиться, лишь тянул руку в сторону в надежде все-таки обнаружить Горма. Внезапно он замер от удивления – ему показалось, что он снова видит. Сначала Карлман различил в темноте очертания собственной руки, потом какое-то движение между растопыренными пальцами в чуть посветлевшем мраке. Молодой квендель непроизвольно сделал шаг вперед. Его охватил липкий холод. Должно быть, он оказался ближе к одной из стен, чем думал, и, решив так, отступил на шаг. В лицо ему повеяло ледяным ветерком – быть может, там зиял проем, через который исчез Горм? И снова все замерло.