Книга Наёмник мёртвых богов, страница 41 – Элеонора Раткевич

— Почему так мало? – удивился Тенах.

— На ваш век хватит, – усмехнулся я. – Тебе один глоток, ей – два, и ни каплей больше. Кое-что для этого зелья растет вне этого мира. Пить его слишком много и часто попросту опасно.

Тенах кивнул.

— И возьми еще вот это, – я протянул Тенаху нож и стрелу. – Сковал я их для другой надобности, но и вам сгодится. Нож воткни в изголовье, стрелу – в изножье. И именно в таком порядке. Вынимать в обратном: сначала стрелу, потом нож.

— Говорить что-нибудь надо? – несколько язвительно спросил Тенах: он не очень-то верил в мои средства.

— Да. Можешь сказать «спасибо».

Отдал я ему питье и обереги, и думать забыл. Остальное – их дело.

А еще через три дня у моих дверей показался парнишка из Боевого Ордена. Он тяжело дышал и утирал пот. Похоже было, что он бежал всю дорогу.

— Наставник, ты это… бегом давай! Там Настоятеля Тенаха с его девицей накрыли.

По счастью, я был одет и вооружен. Времени на сборы тратить не понадобилось. Я шел широким машистым шагом. Парень почти бежал рядом со мной.

— Там это… толпа собралась. Орден ее вроде как пока держит. Только они как поднапрут… ох, не устоим.

Я почти не слушал его, захваченный своими мыслями. Парень сказал не «Тенаха с девицей», а «Тенаха с его девицей». Значит, знал.

— Да что ты, Наставник? – мой вопрос даже удивил его. – Как же не знать! Легче спрятать кошку в мышеловке, чем бабу в гарнизоне.

Я усмехнулся: он был прав.

— Конечно, мы все знали. Но мы никому не сказали. Ты не думай, Наставник. Это не мы. Честно.

— Я знаю.

Конечно, это не они. Ай да Тенах! Славный у него Орден подобрался. Все знали, и все молчали. Хоть бы кто проболтался.

Чтобы взамен их боевого командира им на голову посадили ханжу из столицы? Ни за что! Он им стал еще ближе и понятнее. Уверен, что кой-кто из них погуливает на сторону: как-никак не монахи постные, Боевой Орден, народ все молодой, крепкий. Они помогали ему. Если бы Тенах знал! Если бы я, дурак, догадался. А, да что уж там. Кто-то все-таки выследил его и донес. Знать бы, кто? Сам ли догадался? Или послал ему какой-нибудь злой чародей «вещий сон»?

Потом разберемся. Главное – успеть.

— Твоя жена тоже там. Только ее не пустили. Чтоб не предупредила, значит. А на меня никто не подумает. Я и улизнул потихонечку.

Гул и вопли я заслышал издалека. Зрелище, открывшееся нам за поворотом дороги не оставляло никаких сомнений. Парень рядом со мной горестно вскрикнул. Поздно! Заслон Боевого Ордена прорван. Разъяренная толпа под водительством двух-трех монахов высаживала храмовые ворота.

Будь у меня к пяткам крылья приделаны, и то я не мог бы бежать быстрее. Я летел, что есть сил. И отхлынувшая толпа едва не сбила меня с ног.

Что там могло случиться? Если толпа пришла убивать, она убивает. Должно произойти нечто очень серьезное, почти невероятное, чтобы жаждущие крови повернули назад.

Я работал кулаками, локтями, коленями. Толпа не знала, куда ей податься: вперед, в храм – или подальше от него. Начиналась давка. Я вздохнул с облегчением, увидев Ахатани на дереве: там ее не затопчут. Когда я протолкался к храму, горло у меня саднило от крика, локти и костяшки пальцев – от соприкосновения с чужими ребрами, а под левым глазом красовался изрядный синяк.

— Сюда нельзя! – двое монахов с подоткнутыми полами бросились мне наперерез. В руках они держали не мечи – мирным монахам сие мирское оружие запретно! – а тяжелые дубины. Я начал было прикидывать, как мне с ними управиться, как вдруг они сами сникли и незаметно отошли куда-то в сторону. Я оглянулся.