Книга Сны Эйлиса, страница 8 – Мария Токарева

— Но ведь… Я вам ясно ответила еще с первого… контакта: я никуда не хочу идти! Ни в другой мир, ни… — предательская влага все-таки выступила на глазах. После обморока не осталось сил сдерживаться.

— Ох, София, слезы здесь не помогут. Ты только портишь свое милое личико, — отозвался с мнимой заботой чародей, поправляя кремовое жабо богатого одеяния. Будь он хоть трижды из другого мира, но вел он себя не лучше какого-нибудь олигарха, возомнившего себя властителем вселенной. И это невольное сравнение разозлило Софью, она сжала кулаки, буравя взглядом собеседника:

— Вы просто приказываете мне, а не спрашиваете!

— Приказываете? Я сделал все, как ты хотела: ты станешь королевой янтарной башни, — намеренно путал факты Раджед, покачивая ногой, отчего пряжка на его сапоге противно позвякивала.

Софья покраснела от непривычного гнева, внутренне вновь холодея от тоскливой бессильной тревоги:

— Я не хотела этого! Отдайте Риту!

Расплакаться вновь, упасть в обморок — самый простой путь. Или, возможно, согласиться на все, что ей так навязчиво предлагали? Софья вдруг задумалась, что половина ее легкомысленных одноклассниц, пережив первый испуг, и согласились бы. Но не она. Нет-нет! Никогда, ни за что она не собиралась изменять своим принципам. И нахальные намеки чародея не увязывались с персональным «кодексом чести».

— Если я отдам ее, ты пойдешь со мной в другой мир? — тут же заинтересованно склонил набок голову льор.

— Нет! Отдайте Риту и уходите! В моем мире хватает и других девушек, которые с радостью кинутся на ваши «золотые горы»! — внезапно с яростью выпалила обычно застенчивая Софья.

Раджед на миг как будто остолбенел, но потом рассмеялся:

— Какая самонадеянность! О! Просто невероятная!

И после этого лицо его исказилось, подернулось какими-то нечеловеческими чертами, которые скорее придавали ему сходство с хищной птицей. Чародей гневался, теперь уже не играл. Тогда Софье стало по-настоящему жутко. Она желала бежать прочь, но лишь отступила на шаг, а потом поняла, что просто обязана вырвать из цепких лап льора свою сестру. Даже ценой собственной жизни, потому что в противном случае оставаться на Земле не имело смысла. Она бы уже никогда не решилась взглянуть в глаза родителям.

Софья кинулась наперерез помрачневшему чародею, простирая руки к младшей, но лишь опрокинулась на столешницу, спотыкаясь о перевернутый стул: льор уже очутился вновь по ту сторону зеркала, медленно тая в дыме. И на руках у него испуганно сжимала кулачки Рита, маленькая беззащитная Рита, затянутая на другую сторону портала.

Произошло непоправимое!

Софья кинулась к отвердевшему стеклу, барабаня по нему руками и ногами, стремясь разбить. Но оно сделалось прочнее стали, оставляя в пустынной комнате.

— Верните сестру! Прошу! — кричала, проклинала, умоляла Софья, давясь накатывавшей истерикой.

— Только если ты последуешь за мной, — указал на нее пальцем чародей. — Я дам тебе время на размышления. Ты еще поймешь, чего себя лишаешь.

— Нет! Постойте! Рита-а-а! — захлебывалась рыданиями, мольбами и бессильными приказами Соня, извиваясь возле зеркала, приникая к нему лицом и раскрытыми ладонями. Ее словно уносил огромный водоворот, разверзалась под ногами воронка.

— Спи, дитя, в прозрачной колыбели, — напевал тем временем Раджед, скрываясь в анфиладе бесконечных отражений. Рита обмякла на его руках. Напоследок он слегка обернулся, впившись пронзительным взглядом в Соню, властно провозглашая: