Книга Игра Льора, страница 147 – Мария Токарева

Нож дрожал в руке, злость нашептывала: «И убей! Пока есть в руке нож». Но Софья в ужасе отгоняла внутренних демонов. Противоречия разрезали ее сердце не хуже лезвия. И все выглядело бы иначе, если бы проклятый льор не преграждал путь к освобождению Риты. Он не верил, что его гостья останется, если отправить домой маленькую заложницу. И тем убивал робкие всходы теплых чувств. За недоверие недоверием и платят.

Но что оставалось его пленнице? Куда бежать? У кого искать защиты? Обдумать она не успела, так как звенящую напряжением сцену прервали донесшиеся с противоположного конца коридора размеренные хлопки.

— Как романтично! Какая патетика! Кажется, я помешал вашему скромному шоу? – саркастично аплодировал Нармо. Он появился из невидимого портала совершенно неожиданно. И, насколько успела постичь тонкости мироустройства Софья, пробить защитную магию башни удавалось только в отсутствие хозяина. Как же тогда? Непонятно. Снова появился враг! Настоящий враг. Волна ужаса подкосила дрожащие колени.

— Как он попал в башню? Неужели так же, как в малахитовую? – изумленно прошептал Раджед, немедленно возвращая нож перепуганной Софье, инстинктивно заслоняя собой гостью.

Он повел рукой, и Софья с содроганием узрела, как из ее правой руки повалил черный дым, прямо из вены. Она не ощущала никакой боли, только омерзение от того, что нечто темное и чужеродное теснилось в ней все это время. Может, заклятье на самом деле было причиной всех ее метаний и сомнений. Хотя… вряд ли.

— Илэни сделала тебя «ключом»! – прошипел Раджед, но уже без какой бы то ни было игры. Он торопливо вытянул из руки Софьи черную змею, смяв гадину в кулаке.

Похоже, враг попал в янтарную башню по ее вине, она принесла из заточения «отмычку», которая делала брешь в мощной магии. Значит, из-за нее чуть не погиб Сарнибу. И из-за нее теперь опасность нависла над израненным Раджедом. А она ведь видела, как его покачивает от усталости. Нармо же производил впечатление довольного жизнью крокодила, хотя половина его лица скрывалась под свежим синяком. Но, похоже, его нисколько не смущал свой внешний вид.

— Проклятье! Нармо! – громко сокрушался Раджед, а сам незаметно отворил двери, буквально выталкивая за них Софью, шикнув надрывно: – Беги!

— Ай-ай, помешал, – тем временем ухмыльнулся чародей кровавой яшмы. – Да, нехороший льор Нармо сорвал представление малыша Раджеда. Но, признаться, ты как-то переигрываешь.

— Уж не больше тебя, – прорычал Раджед, бесстрашно бросаясь в атаку, давая Софье шанс вырваться из узкой галереи. В руках его зажглось по пять магических когтей, но Нармо не отставал.

До ушей перепуганной Софьи донесся пронзительный лязг, лезвия встречались, отбивая удары и нанося новые. А она бежала, не помня себя; вновь ее окатило ледяной водой внезапного осознания. Настоящая борьба, не шрамы, не следы от прошедшего, а опаснейший поединок прямо здесь, в настоящем. Где же найти смелость, чтобы все это вынести? Но выбора-то не оставалось…

В ушах звенели последние слова Раджеда. Нет! Он не обманывал! Не в этот раз, не ее. На башню по-настоящему напали, и так взывает только тот, кто не уверен до конца в своей безоговорочной победе. Страх гнал вперед, к пению самоцвета в саркофаге. Спасти, вытащить Риту из этого кипящего котла, унести туда, где безопасно, – вот и все, что осталось из стремлений.