Книга Игра Льора, страница 11 – Мария Токарева

— Раджед Икцинтус… Раджед Икцинтус. Раджед Икцинтус!

Отражение пошло до отвращения знакомой рябью, портал разверзся перед ней, и Софья сделала шаг за грань неизвестности…

Вскоре в комнате никого не осталось, лишь записка любимым родителям: «Я вернусь! Мы обе вернемся!»

Из портала сквозило холодом. Бесконечный коридор зеркал отражал хрупкий девичий силуэт, но вскоре он сменился круглыми сводами пещеры. Впереди распростерла крылья тьма, позади все еще соблазнительно мерцал синеватый контур зеркала.

Софья на миг обернулась, тоскливо различая через дымку привычные предметы своей комнаты. Сердце сжало малодушное желание бросить все и вернуться, привести на помощь более опытных и умных людей, снова спрятаться в тени чужой силы. Но чутье подсказывало, что могущественный льор просчитал и предусмотрел возможные варианты побега. Похоже, он в некоторой степени верил в нее, ведь встречались в мире и другие девушки, кто не решился бы пойти в неизвестность, даже под страхом навсегда потерять младшую сестру.

Легче от такой мысли не стало: что бы ни думал на ее счет Раджед, поступил он подло. Софья яростно кривилась и сжимала кулаки до побелевших костяшек. Хотя кого она собиралась ударить? Даже сжимала неверно: большими пальцами внутрь. Впрочем, сдаваться жертвенной овцой она тоже не намеревалась, скорее, пошла бы на смерть. Много силы умирания в юной душе, сложнее выжить и выцарапать из чужих цепких пальцев то, за чем она ступила через край миров.

Портал, казалось, высасывал из нее жизненную силу. Она замерзла и одновременно запыхалась, почти ощупью перемещая ноги по каменному полу. Пещера со сросшимися сталактитами и сталагмитами тонула в дымке нереальности происходящего.

«Это не сон, Соня, это не сон!» – твердила себе невольная путешественница, злостью подогревая свое стремление в неизвестность. До этого, чтобы побороть панику, она ушла в себя, отгородилась от реальности незримой ширмой. И именно в таком состоянии, без лишних мыслей и почти без ощущений, ступила в портал. Иначе не сумела бы покинуть комнату. Теперь же состояние лунатика могло помешать в случае опасности, и все чувства постепенно обострялись.

— Похоже, больше нет смысла скрываться, – донесся голос из-за ближайшей стены, откуда с невозмутимостью давней привычки вышел высокий человек, салютуя поднятой рукой: – Ну здравствуй!

— Кто вы? – испугалась Софья. За прошедшее утро ей с лихвой хватило незнакомцев, возникавших то из глади зеркала, то из непроницаемых стен.

— Можешь назвать меня волшебным помощником, – приветливо обратился к ней незнакомец в бурой накидке из странной ткани, напоминавшей чешую крупной рептилии.

Незнакомец во всем отличался от льора. Последний предпочитал яркие щегольские камзолы, новоприбывший же одевался как странник-пилигрим. Раджед обладал тонкими, властно сжатыми губами, длинным узким носом и немного раскосыми глазами с хитрецой. Пришелец из стены грустно смотрел большими карими очами, слегка скрытыми капюшоном, из-под которого выступал заостренный нос, а крупные губы выделялись ярким алым пятном. Однако внешняя красота не добавляла доверия к нему. Даже наоборот.

— Мне не кажется, что вы мне поможете, – помотала головой Софья. В ней с раннего детства сочетались странная недоверчивость ко всем и извечное ожидание чужой поддержки.