Книга Душа мира, страница 115 – Мария Токарева

— Так что же я должна сделать? Просто умереть? Стать лимфой мира? А полоумные льоры тоже станут сразу мирными овечками? – выходя из себя, воскликнула Софья. И лишь волшебный кокон тишины, окутывавший говорящих в такие мгновения, не позволил перебудить весь дом.

Родители, сестра – они ничего не знали и едва предчувствовали роковые перемены. Да и Раджед ничего не ведал, не догадывался. А ведь ей открылось то, что упрямо не замечали льоры. Вернее, удалось сопоставить кое-что из библиотеки Сарнибу с историческим опытом Земли. Возможно, именно это служило ключом к спасению Эйлиса. Все ради чужого мира, ставшего неумолимо родным. И все же хотелось что-то и ради себя… Вскипала странная зависть ко всем, кто обрел свое счастье – обычное, человеческое, без страданий и противоречий.

— Нет, все сложнее и одновременно проще. Ты сама поймешь, – распалял томящую бурю страстей бесконечно спокойный Страж.

— Но все равно это связано со смертью, здесь или там, – хрипло отозвалась Софья, признаваясь себе: – Здесь… если бы только излечить Землю, я бы согласилась даже такой ценой. Но если Эйлис… Если нет иного пути, то ради целого мира я согласна.

Она выпрямилась, будто смотрела в глаза надвигающейся опасности. Огромная черная тень зависла за спиной Сумеречного Эльфа, но в ее очертаниях вырисовывались бледно светившиеся сизые крылья. Приходил ангел смерти? От его руки шуршал пакет? От его дыхания поднялась в мае метель? Или всё только образы? Софья не задумывалась, мысли потеряли оболочки слов, их основами сделались чувства, словно на грани пропасти. Ожидание больше не имело смысла: все слишком стремительно ускользало. Сердце билось наружу, уже не для себя, источая тепло и истончая тело. Она знала о цене семь лет, Страж лишь озвучил ее словами.

— А как же твои родители? Твоя сестра? – напомнил Сумеречный Эльф.

— У меня нет другого пути. Все слишком… сложно. Я многое чувствую, но не могу предотвратить. Кажется, это называется «судьба». Как будто я готовилась к этому всю жизнь.

Странное смирение заставило нервно сведенные пальцы разогнуться, а руки раскинуться, словно навстречу неизбежному. О, как она не хотела покидать родных! Но если бы только удалось сохранить жизнь и Раджеду, не допустить его окаменения. Ведь он без раздумий разрушил зеркало тогда. Что же она? Предательски струсила бы теперь? Нет! Но неужели не существовало мира, где они оба были бы живы и счастливы? Они ведь оба умирали…

— Что же ты решила теперь? – как голос рока, горестно, но твердо вопрошал Сумеречный Эльф.

— Сделайте так, чтобы родители поверили, будто я уезжаю к другу. Возможно, я еще вернусь, – спокойно отозвалась Софья, словно преграда в виде портала уже не существовала. Все лишь игра – не более чем иллюзии рассудка.

Магия, логика, формулы, законы – все оказывалось слишком призрачно пред ликом грядущего холода. И если бы согреться, если бы ощутить теплое дыхание между ключиц, там, где покоилась немым добровольным приговором жемчужина…

«Раджед! Я не хочу умирать! Но я не хочу, чтобы твой мир окаменел. И ты вместе с ним. Ты уже пожертвовал собой ради меня. Значит, настала моя очередь» – такие мысли пронеслись неуловимо, но при этом окончательно успокоили ненапрасностью всех совпадений.

— Ты можешь вернуться на Землю в любое время и отдать мне жемчуг. Я не хочу, чтобы ты погибла, даже ради целого мира, – вздрогнул в свою очередь Страж.