Книга Голод Рехи, страница 93 – Мария Токарева

— Линиями мира… Тьфу-пф…

— Чем?

— Линия… Ларт! Кх…

Рехи испытал злорадное удовлетворение: он уйдет на дно, и Ларт не получит его силу, не узнает ничего и будет до конца жизни гадать, как работают линии мира.

Инстинктивно удалось задержать на какое-то время дыхание, немного отсрочить неизбежное. Грудь жгло огнем, точно как под толщей песка. Природный колодец оказался невероятно глубоким, стены давили чернотой, а перед глазами плясали разноцветные круги. И все же под сердцем переливалась обида… Обидно преодолеть такую битву, чтобы утонуть из-за жестокой уловки.

Сознание уже медленно покидало Рехи, когда сквозь воду прошла волна движения и кто-то с силой дернул вверх.

Воздух! Пещерный сырой воздух хлынул в легкие. Рехи фыркал и отплевывал воду, а Ларт упрямо спрашивал, будто диалог и не прерывался:

— Так что за линии?

Рехи вцепился в Ларта, который не спешил выходить из воды. Проклятая враждебная стихия! В ней эльфы становились испуганными и беспомощными. Теперь Ларт разыгрывал из себя благодетеля, хотя сам же чуть не утопил и оставлял за собой право в любой момент снова толкнуть и отправить на дно.

— Линии мира. Я не знаю, что это! – простонал Рехи, и правда не в силах внятно растолковать. – Оно просто есть! Гадкое такое. Иногда я их вижу, в бою первый раз смог что-то сделать с ними. И это оказалось больно.

Он вытянул руку, если Ларту уж так хотелось полюбоваться на свежий ожог, уже покрывшийся коркой, на которой еще отчетливее выступал лиловый узор.

— Линии, значит. Повторить сможешь?

— Нет. Оно стихийно. Я не управляю ими.

— Это плохо. Значит, в бою бесполезно, – разочарованно вздохнул Ларт, и Рехи испугался, что его снова сбросят в воду. Но предводитель не двигался, лишь его ноздри трепетали. Он прикрыл глаза на мгновение и как будто задремал, непостижимым образом держась на воде. Рехи, напротив, желал поскорее выбраться на нагромождение каменных пластов.

— Ну, все? Хватит тебе? – вкрадчиво прошипел он.

— Еще не все, – протянул предводитель, его глаза безумно загорелись. И с этими словами Ларт впился в шею Рехи. Четыре клыка стремительно пробили кожу, затем вгрызлись глубже в плоть, отыскивая медленно пульсирующую жилку. Рехи снова дернулся, попытался вырваться, но в озере у него не было никаких преимуществ.

Ларт крепко держал его, точно добычу. Вода не позволяла слишком густой темной крови эльфа свернуться, и полуэльф совершил первый глоток, который окончательно парализовал Рехи. Наверное, в клыках полукровок тоже находился яд. По телу прошла волна холода, потом жара, затем снова холода. Боль смешивалась с непривычным и пугающим оцепенением. «Так вот это как… – обрывками доносились, будто сквозь завесу, собственные мысли. – Вот как, когда тебя кусают… и пьют из тебя жизненную силу».

Сопротивляться не оставалось сил, Рехи казалось, что он парит в невесомости, в черной пустоте. Мир вокруг переворачивался и терял четкие очертания, неопределенность на грани жизни и смерти уже не давила страхом. Значит, вот что ощущали все его жертвы – панику беспомощности и невозможность освободиться от захвата клыков, буравящих огнем шею. Из-за них в голове гудел невидимый колокол, наподобие того вестника пустыни из разрушенного города.

— Ларт… Хватит… Ларт! – прохрипел из последних сил Рехи. Тогда полукровка резко отстранился, небрежно вырывая клыки из свежей раны. Он запыхался и слегка дрожал от волнения и наслаждения.