Книга Голод Рехи, страница 42 – Мария Токарева

— Почему не ты?

— С такой избитой рожей и связанными руками ты сыграешь эту роль убедительнее, – усмехнулся Сумеречный. – По моей команде. Когда караульные будут в слепой зоне для остального племени.

«Да уж, повезло, что этот столб не в центре деревни», – отметил Рехи, украдкой следя за караульщиками. Когда его перестали избивать, а разделывать еще не пришло время, за пленниками остались смотреть всего двое. Другие ушли на сторожевые посты по периметру поселения.

Наверное, остальных воинов племени ждали с охоты на ящеров. Отряды молодых парнишек обычно отправляли недалеко на поиски чего-то полезного среди развалин старых городов, а в этот раз они притащили настоящую добычу. Ничего-ничего, Рехи надеялся отыграться на них позднее, уж он бы напился их крови. Но все по порядку.

«Соберись! Соберись!» – уговаривал он себя. Не к месту напоминала о себе рана на боку. Поганая Лойэ! Кто еще больший предатель? Хотя, может, она тоже попалась, может, ее уже съели. Или с ней развлекались людоеды. От подобных вариантов сделалось ужасно тоскливо. Хотя не заслужила она, чтобы о ней кто-то тревожился. Но не получалось выкинуть ее совсем из сердца и головы, вытравить из мыслей. Рехи встряхнулся в ожидании сигнала.

— Сейчас, – выдохнул Эльф.

Рехи тут же обвис, опустив голову на грудь. Притвориться мертвым и правда не составило труда, но приходилось твердить себе: «Только оставайся в сознании!» Бескорыстно вытаскивать его никто не стал бы.

— Эй! Вы! Эй, вы! Мертвечину есть собираетесь? Он сдох тут, кажется, – подозвал охранников Сумеречный Эльф.

— Посмотри, что там, – кивнул караульщик.

— Эй ты, урод! Да, ты, – провоцировал Эльф, заставляя подойти не к Рехи, а сперва к себе.

— Заткнись, падаль! – рыкнули на пленника, приближаясь к нему. Караульный, судя по звукам, уже занес кулак для смачного удара, но неожиданно сам получил в морду. Рехи распахнул глаза, но едва заметил, как стремительно метнулся Сумеречный в сторону второго караульного. Последний не успел и рта разинуть, чтобы позвать на помощь.

«Я так не умею…» – со смесью ужаса и восхищения подумал Рехи, уже начиная нервничать: освободит ли его ненадежный союзник, потому что Сумеречному Эльфу явно не требовалась помощь. Он свернул шеи обоим воинам и уже успел оттащить тела в тень шатра, оставшись незамеченным для остальных.

«Уйдет… ой, уйдет! Кинет эльфоедам на потребу», – запаниковал Рехи. Никогда раньше он мысленно никого не умолял, а теперь заклинал помочь. Надежда и отчаяние смешались непонятным водоворотом. За короткие мгновения пронеслось несколько жизней. И вот Сумеречный подошел с острым костяным ножом, перерезал гнилые веревки. Возможно, стоило самому их перетереть еще раньше, но прикрутили уж очень туго.

— Бежать или сражаться? – почти приветливо ухмыльнулся Сумеречный, заглядывая в лицо Рехи и даже помогая подняться. Удалось не с первого раза: ноги не гнулись.

— Я всегда предпочитаю бегство, – честно отозвался Рехи. Сражаться на территории врага – верная смерть. Прошли времена баталий наподобие тех, что причудились во сне: осады крепостей, армии наемников. Значения новых слов улавливались скорее на уровне интуиции, да и никак не помогали справиться с этой треклятой реальностью.

— Способ остаться в живых ударит тебе под дых… – пропел какую-то ересь Сумеречный Эльф, сжимая костяной клык. Людоеды неплохо его наточили, лучше, чем Рехи свое утерянное оружие. На возвращение его не было времени, жители пустоши не отличались сентиментальностью по отношению к вещам. Все дается на время – предметы, еда, друзья, сама жизнь.