Онлайн книга «Голод Рехи»
|
— Спасайтесь! Вой Пепла! Вой Пепла! Земля гудела, облако над горизонтом росло. Крики, плач… Толпа обратилась в сотни отдельных и одинаковых историй, перечеркнутых болью и желанием выжить. Бастион погибал под огнем и пеплом. Оставшиеся в своем уме горожане неистово бежали, спешно хватая плачущих детей и унося скудные пожитки. Землетрясение сметало шаткие здания, складывался внутрь себя дворец, погребая под обломками жрецов и страшную комнату. Исчезали вместе с ним воспоминания далеких времен, вся та боль, которая довела лилового жреца до безумия. В тот день земля так же гудела, так же извергались вулканы. Возможно, это Рехи что-то сдвинул, возможно – Саат. Или Сумеречному для победы понадобилась мощь огненного сердца земли. Или Митрий так карал Бастион за все его пороки. — Ларт! Надо уходить! Ларт! – закричал опомнившийся Рехи, хватая подоспевшего друга за руку. Но в тот же миг помост с диким хрустом раскололся надвое. Рехи полетел спиной вниз. Край развалившейся плахи остался над головой. Союзники скрылись из виду, унесенные круговертью всеобщего бегства. — Ларт! Еще кончики пальцев помнили прикосновенье к запястью, но твердая рука не успела перехватить, удержать. Их вновь разделял злой рок. Рехи подхватила волна толпы, понесла к воротам. — Ларт! – закричал он, кидаясь обратно к развалинам помоста. Но друга там не оказалось. Как же так? Где же? Рехи пошел против бегущей толпы, раздвигая ее локтями, но его затаптывали, забывая, что еще недавно называли Стражем. Он споткнулся и упал. Мир превратился в кромешный хаос переступающих ног. Он закрыл голову руками, кто-то наступил на пальцы, кто-то пнул по ноющим ребрам. В пыли лежали задушенные в давке. Рядом лопнул чей-то раскроенный мечом лоб. В лицо брызнула кровь. Рехи слизал ее, но сил она не прибавила. Линии больше не работали, на Бастион неслись раскаленные камни из жерла вулкана. Сумеречный куда-то исчез, точно вовсе не появлялся. Такая-то благодарность за спасение? Или новое испытание? Что за испытание – быть задавленным гибнущей толпой? — Ларт! – заскулил Рехи, надеясь, что в самый последний момент кто-то решительно выдернет его из этого хаоса. В таких случаях белых линий всегда не хватало, не выткали они надежный белый купол, не спасли. Рехи пополз, забывая, в каком мире очутился. Его новый мир – ступни и лохмотья в едкой пыли. Кто-то рванул за шиворот и с отчаянным хрипом вытянул из потока людей, Рехи обернулся: — Ларт! Надежда впилась и тут же рассыпалась осколками сломанного меча. Не Ларт. На него глядела окровавленная седая женщина, зажимающая рваную рану на правом боку. Губы в сетке морщин покрыла землистая бледность. Она с немыслимой для раненого человека силой оттащила Рехи к краю здания, которое могло в любой момент рухнуть. Но зато возле него не метались люди. Под расколотым козырьком лачуги пришлось пережидать великий исход последних народов гибнущего мира. Бастион постепенно пустел, превращаясь в град мертвых, как три сотни лет назад. — Спаси… спаси мою внучку! – прошептала старуха, указывая на сжавшийся комочек возле стены. В нем угадывались черты тощей девочки, из-под сальных волос блестели заплаканные глаза. — Инде! – воскликнул Рехи, поражаясь. Он-то считал, что исцеленная от проказы девочка давно стала жертвой Саата. Но, видно, белые линии не позволили. |