Книга Охотник, страница 185 – Мария Токарева

Но Джоэл заметил, что у несчастного, лежащего на мостовой, на шее висит сломанный музыкальный инструмент, пузатый, с кривой ручкой, расписанный странным орнаментом. Значит, этот бродяга спокойно ошивался в квартале Оружейников, потому что изображал из себя уличного музыканта. Искусство в Вермело еще не запретили. Этим и пользовались разные сомнительные типы.

Джоэл испытывал презрение, но в него каленым железом вплавился исконный девиз охотников: «Защищай людей». Этот кусок скомканного рубища нуждался в помощи, к тому же болезненным холодом отзывались в сердце воспоминания, которые воскресли в обители святителя Гарфа.

— Добрый человек… – снова слабо простонал бродяга.

— Да, сейчас! Потерпи еще немного, – ответил Джоэл, подхватывая нищего под мышки и пытаясь поставить на ноги. Только тогда он заметил, что все конечности несчастного изодраны до мяса. Лоскуты кожи свисали, как полосы рубища, смешиваясь с прилипшей к ним тканью. – Что с тобой стряслось? – ужаснулся Джоэл, практически неся на себе раненого.

— Напала свора собак, – выдохнул с усталой благодарностью нищий. Он нашел отклик на свое несчастье и теперь словно не боялся умереть. Лишь бы не в одиночестве, не в пыли мостовой.

— Собак, говоришь? По виду скорее крокодилов, – неудачно попытался подбодрить Джоэл. Он видел рептилию в аквариуме одного богатого дома. Там обратился как-то раз хозяин. А крокодил сидел в воде и ухмылялся, будто это он был в ответе за превращение. Хитрая пародия на Змея.

— Почти… – слабо улыбнулся нищий, но его худое лицо исказила гримаса боли, черты вытянулись восковой маской. Джоэл подхватил его, парень оказался не слишком тяжелым, хотя под рубищем скрывался не изможденный скелет аскета, а жилистые мышцы измученного воина.

«Может, тебя выгнали из охотников? Или ты сам сбежал из академии, не выдержав муштры?» – предполагал Джоэл, пока нес бесчувственного раненого по направлению к Айгреже. Более подходящего места в округе не нашлось.

— Джоэл, ты вернулся? – удивился святитель Гарф, когда калитка снова скрипнула. В полумраке старик, наверное, не сразу различил, что недавний собеседник не один.

— Да вот пришлось…

— Ох-ох! Давай его сюда, скорее, – немедленно спохватился Гарф.

«Стоит ли помогать таким пропащим душам, если… если им все равно не помочь?» – снова задумался Джоэл, но предельно осторожно опустил раненого на каменный алтарь подле мозаики. Более подходящей «лежанки» в Айгреже просто не нашлось.

Сам святитель Гарф спал на прелой соломе в левом крыле полуразрушенного строения, укрываясь своей изношенной сутаной. Но чистую иглу и шелковую нить он нашел, как и спиртовой раствор. Видно, уже не впервой помогал нуждающимся, которые не могли пойти в официальные учреждения.

По уставу охотников следовало провести обыск, допросить и выяснить, кого принимает старик. Но Джоэл только криво поморщился: в конце концов, он прибыл не по долгу службы. Он здесь сам нарушал карантин, назначенный Уманом Тенебом, и, вполне вероятно, грядущая ночь готовила смертельную ловушку обращения. После встречи с легендарным сомном все как-то обесценивалось, правила стирались. Джоэл не считал себя особенным, избранным или проклятым, огражденным от общей беды Вермело. И если все так, если все повисло неустойчивой конструкцией сада камней, то не оставалось причин отказывать в помощи тем, кто еще хотел жить.