Книга Разрушитель, страница 147 – Мария Токарева

Его взгляд, теряющий последние искры жизни, устремился в пустоту, будто видя перед собой призрак другого правителя, создателя оружия против него.

— Митрий… прости меня… – прошептал Раат и рассыпался черным пеплом, который тут же развеял сквозняк, гуляющий по опустевшему тронному залу.

Разрушитель, наблюдавший за этой сценой, не ощутил ничего. Ни удовлетворения, ни жалости, ни сладости своего триумфа – лишь пустоту. Он видел, как пауки в банке пожирают друг друга, и это было столь же ничтожно, сколь и предсказуемо.

Старый порядок рухнул, значит, настало время возвести на обломках что-то новое. Но для начала – доломать осколки старого.

28.8

Измерение Могущества опустело: темные эльфы и Вороны отступили обратно в Бенаам. Битва была закончена, некоторые земляне даже радовались, начиная собираться в свой мир, оказывая помощь раненым и считая потери. Но все понимали, что конец битвы в Измерении не означает отмену конца света.

Агнесс, собрав уцелевших семарглов и боеспособных союзников, еще рвалась к зияющему порталу в Бенаам. Они должны были остановить Разрушителя! Но внезапно путь преградила ненавистная крупная фигура с зелеными волосами – Лорд Нираш. В относительно человеческой форме он выглядел отвратительно: одежда его превратилась в лохмотья, на бледной коже алели ожоги, а из порванного бока сочилась черная субстанция.

Кажется, его вышвырнули из Бенаама, как ненужный хлам. И прежде чем кто-либо успел среагировать, на него обрушилась тень с серыми крыльями.

Алистер приземлился перед ним с такой силой, что каменная порода под ними покрылась трещинами. Его лицо было искажено не яростью, а ледяной сконцентрированной ненавистью, которую он копил тысячелетия.

— Помнишь меня?! Мальчишку, который добровольно пошел к тебе в услужение. Который вытерпел все, что ты придумал своим извращенным рассудком! И ты даже не подумал, почему он это сделал, не подумал, кем стал брат этого мальчишки! Не подумал, что мальчишка копит ненависть. Не попытался сказать, что Стражи Вселенной потеряли память. А ты ведь знал об этом! – Голос Алистера был низким и звенящим, как сталь. – Ты помнишь все это? А сына моего помнишь?! Моего Демьяна! Два Ключа! Как удобно!

— Алистер! Я не… Я… Ты же… ты же был моим верным слугой!.. – Нираш отполз к ближайшей ели; в его глазах мелькнуло непонимание, а затем вспыхнула слабая искра презрения. – Ч-что с твоими крыльями?

— Крылья? – Алистер издал короткий горький смешок. – Это все, что тебя интересует, тварь?! Серые крылья, которые дала мне сама Смерть! Когда ты убил его! Убил моего Демьяна! – Он нависал над врагом, и, казалось, его фигура заслонила полнеба; Лорд Нираш безуспешно попытался отползти дальше, но уперся спиной в ствол дерева. – Я искал его семнадцать лет, а ты! Ты не позволял мне увидеть его! Думал, смерть и Пандоры, и нашего ребенка сделает меня более верным твоим слугой? Вороном Отчаяния? Сделал все, чтобы во мне не осталось ничего, кроме отчаяния!

— Нет, я нет… я… – бормотал Лорд Нираш, давясь своим страхом. Алистер расправил крылья, и серая энергия взвилась вокруг него смертоносным гало.

— Но я теперь не твой, темные линии не властны надо мной! Я Ворон Скорби! Вся моя жизнь – это скорбь, наполненная надеждой. А ты отнял ее! Сначала Митрий отнял надежду вернуть брата, а теперь ты! Ты! Отнял моего сына!