Книга Песнь Таргитая. Гойда, страница 29 – Юрий Молчан

Воины позади Имира, узрев Сварога, изменились в лице. Кто-то принялся в испуге хвататься за обереги на шее, кто принялся успокаивать вновь перепугавшихся коней. Остатки потрепанной в бою с артанами дружины смотрят с недоверием, в глазах опаска, что если сейчас нападет этот вышедший из света бог, то вряд ли отобьются, зато умрут с честью и с оружием в руках, как подобает настоящим героям!

Таргитай поднес к губам дудочку, и оттуда полилась неземной красоты мелодия. Имир ощутил, что от бога исходит покой и доброта, он ни за что не нападет, не ударит в спину. Наоборот, он здесь, чтобы помочь или сообщить нечто важное. Песня Таргитая лилась и лилась. В воздухе, как и тогда на пиру, возник золотистого цвета угловатый камень размером с кулак, со множеством граней и выступов. От Кладенара исходит сияние, окутывая его, словно кокон.

Затем картинка сменилась, и Кладенар растворился в воздухе. Имир узрел вокруг себя...город. Улицы и дома до боли напоминают Куябу да и любой другой крупный город в родной Куявии. Вокруг царит ночь, но многие дома полыхают, охваченные огнем. С неба один за другим падают крупные пылающие камни, некоторые размером с лошадиную голову, другие размером с кузнечные наковальни. Каждая при падении оставляет в ночном небе яркий огненный след и падает в дом, дворец или просто на выложенные брусчаткой улицы.

Стоит грохот, сильный запах гари, вокруг сполохи пляшущего огня. Имира едва не сбили с ног мечущиеся вокруг в панике люди — женщины с детьми на руках, мужчины, подростки, старики… Все бегут, кричат, лица искажены ужасом… На них играют отблески огня от пылающих вокруг домов.

В одну из таких групп угодил рухнувший с неба огненный камень, Имир едва не оглох от разорвавших ночной воздух истошных криков боли и ужаса. Они тут же стихли. Ему показалось, что от этого удара погиб весь мир, резко перестал существовать, словно на него наступила огромная незримая обычному людскому взору нога, раздавив, будто червяка на дороге.

Видение растаяло, но музыка продолжала играть. Имир обнаружил себя посреди обычной деревни — вдоль дороги ярко полыхают охваченные огнем избы. На улицах конные полуголые артане. Не вылезая из седел, настигают и рубят топорами убегающих женщин и стариков. Крестьяне встречают их вилами, плотницкими топорами, но артане их безжалостно рубят, топчут конями. Со всех сторон доносятся крики, конское ржание. В углу двое артан завалили на землю молодую женщину, задрали подол и принялись ожесточенно насиловать. Она кричала и захлебывалась слезами. Рядом лежит мальчуган лет сами с окровавленной разрубленной головой. Поодаль к воротам копьями прибито неподвижное тело старика.

Видение исчезло, и тцар вновь оказался в степи на траве под серым пасмурным небом. Мелодия Таргитая смолкла, бог опустил дудочку и посмотрел с сочувствием.

— Куяба… - прошептал Имир. - Куяба… Вся Куявия… - Он посмотрел на Таргитая. - Сварог, неужто это все будет или есть...из-за артан?!

Дудошник медленно кивнул. В синих, как само небо, глазах - скорбь и сочувствие.

— Я не дам этому случиться! - воскликнул Имир решительно, чувствуя, как к лицу приливает кровь, а в груди закипает ненависть. - Сейчас же назад! Дадим артанам достойный отпор! Они заплачут кровавыми слезами!! Я не брошу свой народ на растерзание!