Книга Песнь Таргитая. Гойда, страница 173 – Юрий Молчан

Возможно, это и остановит войну, если ничто другое не способно это сделать. Эта мысль придала Карготу сил и заставила шагать дальше, медленно, но верно приближаясь к заветной цели. Перед мысленным взором несколько раз мелькнул лик Илуаны. Хвала Богам, она в безопасности! И он к ней вернется — вот нужно только положить конец этому кровавому безумию, которое устроили артане на землях Куявии… Загнать кровожадного бога войны назад в черную дыру, из которой тот вылез...

На пути выросли сразу три крепких воина. В руках окровавленные топоры, в глазах неистовый блеск. Обнаженные мускулистые руки похожи на сытых удавов, плиты мышц на груди тяжело вздымаются и опускаются. Каргот набросился на них с утроенной силой и скоростью. Он не успевал думать, куда и как ударить, действуя машинально, замечая как руки с топорами движутся сами собой, оставляя в воздухе смазанные образы, рубят парируют, сминают щиты и топоры, что выставляют навстречу.

Один из воинов пал с рассеченной грудью. Второй отшатнулся с распоротым животом. Лезвие топора врезалось ему в лицо, с хрустом ломая нос и лицевые кости. Топор ударил Каргота в плечо, и правая рука повисла как плеть. В ответ бросился на артанина с топором в левой, чувствуя, словно по всему телу бегают крохотные молнии, давая дополнительные силы. Повергнув врага на землю, принялся исступленно рубить, видя, как в стороны летят кровавые ошметки.

Когда враг застыл, как свиная туша на полу на базаре, Каргот разогнулся и глянул на сидящего впереди на коне воеводу. На миг показалось, что мир вокруг замедлился. Фигуры дерущихся артан и куявов застыли, словно вылепленные из глины статуи. Все, кроме него самого и артанского воеводы на вершине холма.

— Смергал!! - закричал он хрипло. - Иди сюда и сражайся!! Дерись, как мужчина!!

Воевода глянул на него раздраженно, словно увидел не бросающего вызов воина, а назойливое насекомое. Вскинул руку и замахнулся. В воздухе просвистел боевой артанский топор. Ударил Каргота в грудь, лезвие погрузилось целиком. Брызнула кровь. Каргот почувствовал, как резко стало не хватать воздуха, а грудь придавило незримой плитой. Он попытался сделать шаг вперед, вкладывая нечеловеческие усилия и чувствуя, как дрожь сотрясает тело, и он стремительно слабеет.

Подскочил взмыленный молодой артанин, замахнулся. В закатном солнце блеснуло покрытое рунами лезвие топора. Врезалось Карготу между глаз, и он повалился на спину. Удара о землю уже не почувствовал. В одно мгновение мир вокруг пошел кровавыми трещинами и навсегда исчез в темноте.

Потревоженная предчувствием беды, Илуана очнулась от дремы. Бросив взгляд на миску на столе, девушка ощутила, как кожу осыпало морозом. Лоскут рубахи Каргота целиком утонул в темно-алой жидкости.

Кровь поднялась и застыла у самого края миски. Илуана затаила дыхание, чувствуя, как ее стремительно охватывает леденящий душу ужас. В тот же миг кровь — полилась через край миски на столешницу. Подобно реке в половодье, хлынула, заливая стол. Тонкие красные ручейки потекли на пол. Это может означать лишь одно… У нее перехватило дыхание. Грудь сдавило.

Девушка ощутила, как пол уходит из-под ног. Она качнулась. Ухватившись за край столешницы, почувствовала, как кровь со стола потекла по руке.