Книга Песнь Таргитая. Гойда, страница 129 – Юрий Молчан

Во рту пересохло. Сухой и шершавый язык липнет к небу. Слабость охватила тцара, словно он угодил в трясину по самое горло. Его стало затягивать вниз. Перед глазами мелькнуло охваченное пылающим закатом небо, но веки закрылись, погрузив мир в наполненную сияющими сполохами тьму.

Налетел могильный холод. Тцара принялось колотить, он услышал стук собственных зубов друг о друга. Вспомнив о второй траве, Имир из последних сил запустил руку в карман, нащупал стебель. С трудом донес до рта и принялся разжевывать. Стебель оказался с маленькими колючками, с тошнотворным сладковатым привкусом. Он вновь заставил себя прожевать, царапая язык и нёба, чувствуя привкус собственной крови.

С трудом проглотил, практически не чувствуя онемевших рук и ног. Голову заволок туман. Череп сдавило со всех сторон, словно на нем железные обручи. Дышится по-прежнему с трудом. Почудилось, что тело пропало, растворилось, и он стал привидом — неприкаянной душой, что скитается по миру, не в силах попасть ни в вирий, ни в царство Ящера.

На миг узрел себя со стороны — лежащего на траве крепкого воина в кожаном панцире с бледным заострившимся лицом. Ладони исцарапаны в кровь. Ветерок шевелит светлые, как лен, волосы и треплет торчащий из-под доспеха ворот рубахи.

Когда пришел в себя, над головой нависало бескрайнее небо с мириадами крупных и ярких звезд. Имира трясло от слабости, буквально выкручивало мышцы по всему телу. Шага в пяти тлеет костер. На широких плоских камнях посреди багрово-оранжевых углей жарятся, исходя умопомрачительным запахом, ломти мяса.

Человек у костра повернулся к Имиру, и тцар вновь увидал знакомое голубоглазое лицо молодого мужчины с уставшим взором. Угли подсвечивают лицо Таргитая снизу, придавая мистический вид, словно проступила наружу его божественная сущность, и теперь Имир узрел настоящий лик Сварога.

Тцар поднялся, чувствуя, как бьет крупная дрожь. Его качает от слабости, а желудок сводит от голода. Таргитай повернул голову, на миг их взгляды встретились. На миг почудилось, что в синих очах Сварога мелькнули целые народы и империи, которые рассыпались и исчезли с лица земли за века, что для Сварога были мгновениями. А еще тцар узрел кровавые сражения, черные башни, причудливые циклопические строения, летающих змеев.

Несколько раз промелькнул громадный черный волк и странный зеленоглазый человек с ярко-красными, как пожар, торчащими в разные стороны волосами. Был там и огромный древний Лес с Деревней, где охотились и жили громадные диковатого вида пралюди в одеждах из шкур. Имира передернуло, словно заглянул в бездонную тьму веков. Во времена, когда не было ни Артании, ни Куявии, а по земле свободно бродили герои и боги.

Имир огляделся в поисках своих воинов, но вокруг тишина. Никого не оказалось рядом. Из окружающей его темноты доносится лишь тихое потрескивание углей в костре.

Таргитай сделал едва заметный приглашающий жест, указывая на мясо. Мол, налетай, чего ждешь. Имир приблизился. Таргитай достал из слабого огня среди углей здоровенный кусок мяса и бросил ему. Тцар налету поймал, сел на траву и тут же впился зубами. Мясо горячее, прожаренное до хрустящей корочки, истекающее соком, с одуряюще-вкусным запахом.

Почти не жуя, тцар торопливо проглотил один кусок, затем еще один. Не заметил, как съел и третий, и лишь тогда почувствовал сытость. Усталость никуда не делать, но хотя бы перестало ломить и крутить до боли мышцы по всему телу. Узрев тут же у костра кувшин, одним движением сломал печать на горлышке. Там оказалось приятное на вкус вино. Щедро запив ужин, отставил полупустой кувшин.