Книга Хозяйка запретной колыбели. Ненужные дети драконов, страница 104 – Лилия Тимолаева

— Ладно.

Он отступил и потер нос рукавом.

— До свидания, Женя.

Я села в экипаж. Бастиан напротив. Дверца закрылась.

Когда ворота скрылись за поворотом, я все еще видела перед собой детей на крыльце. Они оставались с Бертой и своими близкими. Это было правильно — и все равно больно.

Первые десять минут мы молчали. Я смотрела в окно. Бастиан не мешал.

Бастиан держал руки на коленях и смотрел на дорогу. Его спокойствие вдруг показалось мне невыносимым.

— Вы ничего не скажете? — спросила я. — Я ведь могу не вернуться.

Бастиан повернулся ко мне.

— Хочу попросить остаться. Но боюсь, что потом вы пожалеете, что послушали меня.

Я смотрела на его руки, лежавшие на коленях, и вдруг поняла, чего ждала все это время. Не разрешения уйти и не правильного совета.

— Вы будете скучать?

— Буду.

Он ответил сразу. Я кивнула и снова отвернулась к окну; только теперь его сдержанность перестала казаться безразличием.

Бастиан рассказал, что после моего отъезда вернется в Колыбель. Детские встречи продолжатся: Тивен увидится с отцом через неделю, к Каю во вторник приедет господин Берн, Миро останется у Варров до четверга. Ася, скорее всего, уже сегодня напишет Лоре.

Я знала все эти договоренности. Сейчас мне нужно было услышать их еще раз и поверить, что дом действительно сможет жить без меня.

Не рухнет. Не исчезнет. Не превратится обратно в список адресов в тот момент, когда я перейду на другую сторону. Мне следовало почувствовать облегчение. Я и почувствовала. Вместе с ним пришло нечто значительно менее удобное. Теперь у меня действительно был выбор. Экипаж остановился у развилки возле реки. Дальше дорога становилась узкой. За деревьями виднелась каменная площадка и несколько фигур в форме службы переходов. Я потянулась к дверце. Бастиан не двигался.

— Вы не идете?

— Нет.

— Почему?

— Вы хотели решить одна.

Я посмотрела на него.

— Я такого не говорила.

— Нет.

— Тогда откуда?

— Потому что иначе вы уже десять минут пытались бы понять, что думаю я.

— Я и сейчас пытаюсь.

— Вот поэтому останусь здесь.

Иногда его хотелось ударить. Чаще поцеловать. Очень неудобное сочетание. Я открыла дверцу.

— Бастиан.

— Да?

Я стояла одной ногой на дороге. Он ждал. Можно было сказать много. Что месяц назад я считала его раздражающим государственным служащим. Что теперь знала, как он смеется, как спорит, как признает ошибки и как молчит, когда другому человеку нужно пространство. Что я не знала, чем вообще могут стать наши отношения, если выберу этот мир. И что именно поэтому они не должны решать за меня.

— Ничего, — сказала я.

Он кивнул. Не улыбнулся. Не попросил.

— До свидания, Евгения.

Я вышла. Экипаж не уехал. Я слышала лошадей за спиной, пока шла по дороге к реке. Потом поворот скрыл их. Последние метров сто я прошла одна. Так было правильно. Переход оказался почти таким, каким я его помнила. Серебристая полоса стояла в нескольких шагах от воды. Не сияла на половину неба. Не издавала звуков. Просто часть пространства выглядела неправильно. За ней был другой берег. Не этот. Широкая набережная. Асфальт. Ограждение. Высокие фонари. Двигались машины.

С той стороны резко просигналил автомобиль. Такой знакомый звук, что у меня защипало глаза. Я даже засмеялась, растерявшись от облегчения: мой мир существовал, жизнь в нем продолжалась.