Книга Кукла инквизитора, страница 43 – Марушка Белая

От Микаэля веяло злостью, а я улыбалась всем встречным слугам и гостям, думая над его словами. Выходит, грозный инквизитор и впрямь считает меня виновной в любовных чарах? Ну и бред. Хотя приятно, что кроме меня, он бы ни к кому не хотел такого испытывать. Но это все равно весело, и мое настроение заметно улучшилось. Теперь уже не страшно было посетить королевский, как выяснилось, бал. Будто услышав мои мысли, Микаэль сильнее сжал мою ладонь и сердито процедил: — Не нужно так всем улыбаться! Где ваше достоинство, новоиспеченная леди Ривенгольд! Вспомни, что ты дочь барона, а не ведьма — моя марионетка! Вот что этому мужчине удавалось лучше всего — так это портить мое настроение. То чуть ли не в любви признается, то опять напоминает, что я для него безвольная кукла, что он скажет, то я и сделаю. Попробовала выдернуть свою руку из его захвата, но тщетно, держал он крепко. Да я и сразу поняла, что своего Микаэль не упустит. Выходит, он и меня своей считает? Ничего удивительного, этот мужчина — тот еще собственник! — А вы не грубите, господин Верховный инквизитор, — прошипела я, но он все равно услышал, потому что я ощутила его обжигающий взгляд на своей щеке. — Добрый вечер! — обратились к нам с поклонами дворецкие, встречающие у входа, и любезно пригласили нас войти. Следующие полчаса мне оставалось только ахать и стараться не выражать вслух свои впечатления. Дворец внутри был словно покрыт золотом: канделябры и роскошные люстры, блестящий паркет из ценных пород дерева и сверкающие рамы на картинах, развешанных вдоль стен. На них изображались батальные сцены, в которых участвовали прославленные предки правящей династии, портреты членов королевской семьи и даже их любимцы: лошади и охотничьи собаки. Невольно мой взор приковала одна из картин. Я не устояла от соблазна подойти ближе и рассмотреть ее. Затерявшись в толпе, я сама не заметила, как отдалилась от Микаэля. А, может, он просто позволил мне погулять здесь среди знатных гостей, ожидавших начала бала. Лавируя между изысканно одетыми леди и господами, я на всякий случай раздавала реверансы и просто отзеркаливала то же, что делали они. Если дамы мне вежливо улыбались, я улыбалась им, а если кто-то из господ позволял себе высокомерный взгляд в мою сторону, то получал в ответ такой же. «Пожалуйста, магия, сделай так, чтобы я случайно не нарушила здесь никакого правила», — тихонько приговаривала я, и, видимо, это и помогало мне не нарываться на по-настоящему опасные ситуации. К счастью, никто не вступал со мной в разговоры, и это неспроста. Как я позже поняла, никто из новоприбывших не может сам представиться. Нужно ждать начала бала и выхода всех гостей. Вот тогда каждого из них и представляет специальный человек. Сейчас же я пробиралась к заинтересовавшей меня картине, и сама не могла понять, зачем мне это нужно. Что-то влекло туда. Оказавшись возле нее, я тщательно пригляделась. На холсте была изображена группа детей. Некоторые в более дорогой одежде, а некоторые явно дети слуг или менее знатных персон. В центре картины стояли двое мальчишек десяти — двенадцати лет.

Один из них показался мне знакомым, уж очень хорошо я знала это хмурое выражение лица и бронзовые глаза. — Так вот ты каким в детстве был, Микаэль! — восторженно прошептала я и неожиданно услышала усмешку за стеной: — Да, мой сводный братец всегда был таким угрюмым! Резко обернувшись, я чуть не упала от потрясения, ведь со мной разговаривал сам Его Величество король! Присев в реверансе, я не смела поднять голову. Люди вокруг поглядывали на нас с любопытством, но не подходили. — Не бойтесь, я не кусаюсь, как мой братец, — рассмеялся король, и я в недоумении подняла глаза на него. — Б-б-братец? — переспросила, едва шевеля губами.