Книга Лавка платьев для драконьих невест, страница 72 – Илина Ясная

Вот опять.

Потянул.

Кассиану никогда прежде не казалось, что обычное слово может звучать настолько непристойно.

Райвен успел выйти прежде, чем Кассиан решил, чем именно в него запустить. Дверь закрылась, и кабинет снова погрузился в тишину.

Кассиан остался сидеть неподвижно. Это уже становилось невыносимо. Не Анабелла — его собственный разум. Он просто отказывался работать нормально. Все вокруг говорили о ней: канцелярия, служащие, Райвен. Даже Селестина каким-то образом поставляла информацию через собственного мужчину. А хуже всего было то, что Кассиану хотелось слушать.

Ему хотелось знать, что Анабелла делает с лавкой, какие платья рисует, что шьёт, что ещё успела придумать. Хотелось увидеть её снова. Последнее он признал с особенным раздражением.

Кассиан поднялся, прошёлся по кабинету, вернулся к столу и снова сел. Не помогло. Перед глазами опять появилась чёрная лента, только теперь фантазия стала ещё отчётливее. Анабелла стояла совсем близко. Не улыбалась дерзко, как вчера. Во взгляде было другое — ожидание. Пепельные волосы рассыпались по плечам, а шёлк закрывал ровно столько, чтобы желание увидеть остальное становилось почти болезненным.

Он представлял собственную ладонь на её талии, тепло кожи под пальцами, свободный конец ленты. Ему не хотелось срывать её. Наоборот. Хотелось тянуть медленно, смотреть, как ослабевает узел, как меняется её дыхание, как она понимает, что ещё мгновение — и ткань перестанет держаться.

Кассиан стиснул зубы. Тело отозвалось тяжёлой горячей волной желания, настолько сильной, что пришлось закрыть глаза и несколько секунд просто пережидать её.

Да что с ним происходит?

Он хотел женщину. В этом не было ничего необычного. Кассиан не был ни монахом, ни мальчишкой. Прекрасно знал собственное тело и никогда не считал желание причиной для трагедии.

Проблема заключалась совсем в другом.

Он почти не знал Анабеллу. Один приём. Одна нормальная встреча. Несколько коротких разговоров. А теперь он изнывал от желания развязать ленты на белье, которого даже никогда не видел.

На ней.

Именно на ней.

Не на любой красивой женщине.

Анабелла.

Кассиан провёл ладонью по лицу, и перед глазами тут же возникла её улыбка после подписанного разрешения. Открытая. Настоящая. Вообще не для него.

Почему-то это сделало желание только хуже.

Ему захотелось увидеть, как она улыбается именно ему. Не бумаге. Не лавке. Ему. Хотелось вывести её из того спокойного равновесия, с которым она вчера сидела напротив. Заставить замолчать хотя бы на несколько секунд. Увидеть, как она перестаёт находить быстрые ответы. Как краснеет.

Он уже видел лёгкий румянец, когда разговор становился слишком откровенным.

И, чёрт возьми, ему понравилось.

Кассиан резко отодвинул кресло. Нет. Нужно работать.

Он открыл следующую папку и заставил себя читать. На этот раз вдумчиво, понимая смысл каждой строки. Дошёл почти до конца, но взгляд снова соскользнул, а в памяти всплыл её голос:

Есть вещи, которые создаются для момента, когда женщина заранее знает, что долго на ней они не останутся.

Перо ударилось о стол.

— Чёртова женщина.

Чёртово бельё. Чёртовы ленты.

Кассиан откинул голову на спинку кресла и закрыл глаза.

Лучше не стало.

Потому что теперь, в темноте, Анабелла оказалась ещё ближе, а его рука снова легла на чёрный бант.