Книга Обрученная с призраком, страница 83 – Александра Глазкина

За день чего мы только не увидели! И огромных, практически стерильных залов в стиле хай-тек, напоминавших, скорее, операционные. И неряшливые комнаты, где на многочисленных расческах виднелись невычищенные волосы; и очаровательные места, где явно заботились о клиентах, стараясь придать помещению уютный и или оригинальный вид. Например, на стенах одного из салонов висели не фото моделей со стрижками, а фото из фильмов, так или иначе связанных с тематикой: «Златовласка», «Севильский цирюльник», мюзикл «Волосы», «Салон красоты 'Венера» с Одри Тоту. В другом салоне кресла располагались не вдоль стен, как принято, а посреди зала перед двусторонними зеркалами, водруженными на изящные, но прочные столики. Стойка с разноцветными париками. Живые цветы в стеклянных трубках. Тюлевые пологи, отделявшие одну клиентку от другой. Чего мы только не насмотрелись!

Общим было лишь одно — за очень редким исключением мастера оказались весьма разговорчивыми, если не сказать, болтливыми. Сценарий, которого я решила придерживаться, был самым простым. Я спрашивала, делают ли они скандинавское цветное омбре. Демонстрировала в качестве образца фотографию Марии (внимательно следя за реакцией). Потом выражала сомнение и просила, нельзя ли переговорить с клиентками, которые делали подобную процедуру, как вели себя их волосы после подобного окрашивания.

Фото никто не опознал. Но все в один голос уверяли меня в своем высоком профессионализме, безопасности окрашивания и эффектном результате. Убеждали, что все клиентки остались довольны. Мой вопрос-удочка, что такое омбре делают, наверное, школьницы, а я вроде бы постарше, меня уверили, что этот способ сейчас набирает популярность среди всех возрастных категорий. Но никто, увы, не воскликнул, мол, вот была у меня на днях ваша ровесница, Мария ее зовут. Ну, что-то в этом роде.

На двенадцатом по счету салоне я сдалась. Себ тоже, по-видимому, не слишком уютно себя чувствовал в царстве гламура и красоты, даже немного просвечивать стал.

— Давай на сегодня все, — предложила я, и он с готовностью согласился.

А я, изображая раздумья, сказала:

— Хотя для меня, наверное, не все. Что ж я праздно по салонам проходила, что ли? Наверное, я вернусь и сделаю себе пару расслабляющих процедур.

— Ты это заслужила, — вяло улыбнулся Себ и поспешно испарился.

Да-да, по сравнению с тем, сколько сил и ухищрений женщины готовы потратить на свою красоту, и пребывание в междумирье покажется отдыхом!

Для верности я все же вернулась в салон под предлогом того, что забыла взять их визитку, выждала пару минут и тогда уже заспешила к метро. На ходу осторожно перевернула кольцо камнем внутрь, хотя уже не была уверена, что это — действенная мера.

Лазло Пинтер жил в старой части города, в доме с лепниной на фасаде, арочным проемом и коваными перилами лестниц. Фотографий на его сайте не было, и я настроилась увидеть типичного чудаковатого профессора: растрепанного, в круглых очках и немного не от мира сего. Но дверь мне открыл подтянутый, безукоризненно одетый седовласый господин лет семидесяти. У него было худое лицо, изборожденное морщинами, аккуратно подстриженная бородка и пронзительные светлые глаза.

— Добрый день, Эми, проходите! — поприветствовал он меня.