Книга Белая ворона на факультете Теней 3, страница 27 – Оксана Гринберга

И замолчала, надеясь, что наш декан поймет всю абсурдность происходящего.

Но вместо этого он, немного подумав, спросил:

— То есть вам нравятся мужчины постарше, мисс Астер?

— Ик! – сказала ему в ответ, а мой мотылек принялся метаться в голове, пытаясь понять, что вообще происходит и почему Диего Веласкес смотрит на меня излишне пронзительным взглядом, дожидаясь ответа.

Но что тут гадать – он выпил приворотного зелья и теперь…

— Возможно, и нравятся, – сказала ему осторожно.

Ну да, раз уж для всех я влюблена до обмороков в магистра Коммора.

— А насколько постарше, позвольте уточнить?

— Что вы под этим подразумеваете?

— Допустим, разница в возрасте в тринадцать лет, мисс Астер. Как сильно она может вас смутить? Но учтите, что маги живут раза в полтора дольше, чем обычные люди.

На это мой бесстрашный мотылек вслух заявил даже раньше, чем я успела подумать, что ему все равно.

Разница в возрасте меня не смущает. И вообще смутить меня довольно сложно. Разве что этим самым разговором, потому что я не понимаю, к чему он идет.

Хотя я все прекрасно понимала.

Диего Веласкес выпил приворотного зелья, поэтому сейчас он вел себя не совсем адекватно. Но уже через неделю… Хорошо, оставалось дней шесть, после чего действие зелья закончится, и он ужаснется тому, что им было сказано и сделано.

Тогда как я…

Мне не стоило брать ни его самого, ни его слова в голову, хотя наш декан несомненно был одним из самых привлекательных мужчин, ныне живущих в городе Марвенне. И разница в тринадцать лет – это настоящий пустяк для магов: одного Темного, а второй – Светлой.

Но в том-то и дело, что я – Светлый мотылек на факультете Теней. Моя личная жизнь – это цепь из сплошных разочарований и огорчений, и единственный, кто меня любит от чистого сердца и еще за котлету, – это мой кот Банди.

Так что в этом случае просвета для меня нет.

Уже собиралась заявить декану, что нам стоит вернуться к этому вопросу, когда его наконец-таки отпустит (заодно думала покаяться ему в подмене любовного зелья), но тут в мою палату ввалились подруги.

Явились все втроем: Вендис, Аленора и Агнес. И сразу же стало очень тесно. А еще оживленно.

И наш декан даже не стал спрашивать, как их пропустили в мою палату. Понял, что бесполезно и что перед этим встревоженно щебечущим девичьим цунами никому не устоять.

Даже ему.

Поэтому уже скоро он ретировался – наверное, чтобы и его не смело заодно. Напоследок приказал мне, чтобы я отлеживалась…

— Но я не могу, – сказала ему шепотом, думая, что он не услышит.

Ошиблась, потому что подруги тотчас затихли, словно подумали, что сейчас произойдет нечто важное.

— У меня сегодня пара по Практической Темной Магии, часть третья, – добавила я. – Если я на нее не приду, то, боюсь, весь следующий месяц я стану… практическим пособием для Темной магии у магистра Зоннера.

Диего Веласкес едва заметно улыбнулся – вот так, кончиком рта, – но затем посерьезнел.

— Зоннера я возьму на себя, – пообещал мне. – Но все же… зайдите в мой кабинет после того, как вас выпишут из лазарета, мисс Астер!

— Зачем? – шепотом спросила я, и подруги снова замерли.

Как породистые ищейки, они опять что-то почувствовали.

— Мы еще не договорили, мисс Астер! О… О вашем списке экзаменов, – вспомнил декан, – который вы так мне и не сдали. Хотя уже идет третья учебная неделя в этом семестре.