Книга Муж, замок, быт, магия для миледи Анастасии, страница 39 – Надежда Соколова

Ричард стоял посреди мраморного пола — не в том лёгком костюме, который я шила для галереи, и не в том тёмно-синем, что был на нём на балу. На нём был парадный камзол чёрного бархата с золотой вышивкой по вороту и с гербом рода Дарских на груди, а на плечах — тяжёлая мантия, которую драконы надевали только в самых торжественных случаях. Он выглядел так, будто собирался не на ужин и не на прогулку, а на официальную церемонию, и я сразу поняла, что это не просто визит.

— Найра Анастасия, — сказал он, и его голос звучал глубже и серьёзнее, чем обычно. — Прошу простить меня за неожиданный визит. Но я не мог больше ждать.

— Найр Ричард, — ответила я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. — Вы выглядите так, будто пришли объявлять войну. Или подписывать мирный договор.

— И то, и другое, — сказал он, и в его глазах мелькнула та самая улыбка, которую я знала. — Но сначала я хотел бы поговорить с вами наедине. Если вы позволите.

Я провела его в малую гостиную, где мы обычно пили чай с мамой, и закрыла дверь. Лиска, которая, конечно же, уже подслушивала из-за угла, осталась в коридоре, и я знала, что она не уйдёт, пока не узнает всё. Ричард стоял у окна, глядя на заснеженный сад — весна ещё не до конца вступила в свои права, и снег лежал в тени деревьев, — и молчал несколько секунд. Потом он повернулся ко мне и заговорил.

— Анастасия, я не мастер красивых речей. Я дракон, и моя сила — в действии, а не в словах. Но я должен сказать вам то, что говорю впервые в жизни. Я люблю вас. Не потому, что вы шьёте лучшие платья в Растусе, и не потому, что вы красивы, хотя это правда. Я люблю вас за то, что вы не боитесь быть собой. За то, что вы остаётесь верны своему делу, даже когда весь мир пытается вас переделать. За то, что вы говорите мне правду, даже когда она неудобна. За то, что рядом с вами я чувствую себя не герцогом и не драконом, а просто мужчиной, который хочет быть с женщиной.

Он сделал шаг ко мне и опустился на одно колено — так, как это делали в старых легендах, — и я почувствовала, как у меня перехватило дыхание.

— Найра Анастасия, — сказал он, глядя на меня снизу вверх, и в его серых глазах было столько решимости, сколько я не видела ни у кого. — Я прошу вас стать моей женой. Я не предлагаю вам отказаться от вашего дела, от вашего замка, от вашей команды. Я предлагаю вам разделить со мной жизнь, но не как тень, а как равную. Я хочу, чтобы вы шили, творили, управляли своим ателье и оставались той, кем вы являетесь. Я хочу быть рядом с вами, а не над вами.

Я смотрела на него — на дракона, герцога, человека, который стоял на коленях передо мной в моём собственном замке, — и чувствовала, как внутри меня всё переворачивается. Я думала о маме, которая приносила мне журналы и сплетни, о Лиске, которая говорила, что я влюбляюсь, о себе самой, которая ещё несколько месяцев назад не могла представить, что рядом с ней будет кто-то, кроме швейной машинки. И я поняла, что хочу этого. Хочу его. Но я также знала, что должна сказать ему одну вещь, прежде чем согласиться.

— Ричард, — сказала я, и мой голос дрогнул, но я продолжила. — Я согласна. Я выйду за вас. Но я должна поставить одно условие. Моё дело — это не просто работа. Это моя жизнь, моя свобода, моя независимость. Я не смогу быть счастлива, если потеряю это. Если вы хотите, чтобы я стала вашей женой, вы должны принять, что я останусь мастерицей. У меня будет моё ателье, мои клиентки, моя команда. Я буду шить, даже если стану герцогиней. И я буду проводить здесь столько времени, сколько нужно, чтобы моё дело жило.