Книга Вторая жизнь. На этот раз я не ваша, дракон, страница 62 – Майкл Скофилд

Маленький сборник песен с оторванной застежкой. Внутри, между страницами, нашлась высохшая травинка. Я осторожно переложила ее в отдельный конверт: такие вещи могли быть мусором, а могли оказаться единственной причиной, по которой человек вообще решил сохранить книгу.

Рейнар заглянул в комнату с двумя чашками.

— Не помешаю?

— Если не поставишь на бумагу.

Он посмотрел на стол, нашел свободный угол и поставил обе чашки туда.

— Учусь.

Я улыбнулась.

Он сел у окна с письмом из столицы. Несколько минут мы работали молча. Я вырезала тонкую полоску кожи, он делал пометки на полях.

Потом спросил:

— Почему нельзя взять новую застежку?

— Можно. Но вторая сохранилась. Если заменить обе, книга потеряет часть своего вида. Владелица просила оставить все, что еще служит.

— Даже если проще сделать заново?

— Особенно тогда.

Он задумался.

Я подняла голову.

— Только не надо сейчас делать из этого важное изречение о жизни. Это просто хорошая застежка.

Рейнар рассмеялся.

— Я ничего не сказал.

— У тебя было лицо человека, который собирается.

— Учту.

Я снова наклонилась над книгой.

Мне нравилось, что он мог находиться рядом, не требуя внимания каждую минуту. И еще больше — что сама я иногда хотела отложить работу и посмотреть на него.

К полудню пришел Торен.

Принес подтверждение из артели: запись о доставке пакета существовала, дата и подпись курьера совпадали с рассказом Каспара. Получение остатка жалованья Эдой тоже подтверждалось.

— Это не доказывает, что он отдал пакет Кроу, — сказал Торен.

— Но показывает, где он соврал, — ответил Рейнар.

— Да. И теперь у нас есть его объяснение этой лжи.

Торен положил письмо рядом с остальными деловыми бумагами. На мою рабочую поверхность не поставил даже локоть.

Я заметила и сказала:

— Спасибо.

Он посмотрел на стол.

— Я уже знаю, где в этом доме начинаются неприятности.

— Не у меня, — возразила я.

— Именно так они всегда и начинаются.

Он ушел, оставив нас смеяться.

После обеда я отдала Рейнару первые заработанные деньги в счет дорожных расходов.

Он пересчитал их, открыл тетрадь и отметил сумму.

Мне было важно, что он не пытался отказаться еще раз.

— Инга хорошо платит? — спросил он.

— Как всем. Если бы я сделала хуже, заплатила бы меньше.

— Строгая женщина.

— Очень. Она тебе понравится.

Я осеклась.

Получилось так, будто их встреча уже входила в наше будущее.

Рейнар поднял глаза.

— Надеюсь.

Мне стало тепло.

Мы решили пройти на рынок за продуктами. Вместе, днем, по знакомой дороге. Торен оставался дома, Каспар с Эдой — у соседки. Перед выходом Рейнар проверил улицу через окно. Я заметила, но уже не принимала каждую такую проверку за доказательство, что никогда не смогу жить спокойно.

На рынке спорили о цене яблок.

Рейнар выбирал картофель с такой сосредоточенностью, будто ему предстояло снабжать целый гарнизон. Я взяла один клубень из мешка и показала темное пятно.

— Этот не надо.

Он посмотрел на торговку.

Та пожала плечами и заменила.

— Ты умеешь добиваться своего без длинных переговоров, — заметила я.

— С картофелем у меня больше опыта, чем с некоторыми людьми.

— С какими?

Он посмотрел на меня.

Я улыбнулась.

На обратном пути мы купили маленькую банку меда. Я сказала, что дорого, и почти сразу сама рассердилась на собственную фразу.