Книга Афера генерала Фераро, страница 93 – Майя Фар

— — Мы знали, что когда-то было иначе. Но не знали, кто и каким образом изменил Узор. И мы благодарны вам, Альберт Фераро, что вы нам помогли.

А я стояла, слушала и не верила собственным ушам.

Ничего себе!

И только теперь до меня начало доходить, весь масштаб того, что именно провернул генерал Фераро.

Когда мы вышли с Фераро из храма, я поставила ему ультиматум:

— Либо ты мне всё рассказываешь, либо я на тебя обижаюсь.

— Я не переживу, если ты на меня обидишься, — сказал Альберт, и это было сказано искренне, а не просто потому, что он решил пошутить. — Но прошу тебя, давай вернёмся в Аккру. Там Кристин сходит с ума. И я бы хотел рассказать это и ей тоже.

И мы вернулись в город на реке. Это было быстро, гораздо быстрее, чем на поезде.

Мы летели. Вернее, летел Фераро, а я сидела на нём.

Когда Альберт предложил полететь, то я сначала удивилась:

— Неужели у тебя хватит магии и сил?

Насколько я знала, такие перелёты требовали от дракона огромных затрат магии, именно поэтому даже сильные драконы предпочитали ездить на поезде.

Но Фераро лишь улыбнулся.

— Конечно, теперь хватит. Я же единым махом вписал всех попаданцев в Узор. И наш мир получил столько магии, что в ближайшие несколько сотен лет её не исчерпать.

Когда мы вернулись в Аккру, были и слёзы, и объятия с Кристин.

Потом мы сели. Кристин приготовила свою замечательную рыбу в сливочном соусе. Мы устроились на её веранде. У меня в руках была чашка кофе.

И состояние абсолютного счастья.

Я слушала рассказ Фераро и поражалась гениальности этого человека.

— Сначала я действительно искал способ изменить прошлое. Изучил много документов и понял, что это невозможно. Но в процессе я нашёл свидетельства того, что кто-то очень постарался спрятать информацию: почему попаданцы, не вписанные в Узор, продолжают постоянно появляться в нашем мире. И эта информация привела меня к определённым выводам.

Он замолчал на мгновение.

И я поняла, что сейчас он расскажет то, что хранил в себе. То, что было его личным горем.

— Ева погибла не из-за того, что попаданцы что-то взорвали. Взрыв произошёл из-за того, что инквизиция… вернее, небольшой, но очень мерзкий орден внутри неё… заблокировал вплетение попаданцев в Узор. И так случилось, что именно в этот момент произошло критическое накопление мировой энергии — той, что должна была, наоборот, подпитывать наш мир магией, дополнять, делая его сильнее. Но они решили, что попаданцы — это зло. И, по сути, использовали их.

— Почему они так решили? — спросила я, вспоминая свой страх, когда выяснилось, что я ни на что не имею прав.

— «Чистота Узора прежде всего» — их девиз, — с отвращением на лице процитировал Фераро.

У меня вырвалось ругательство. Я виновато взглянула на Кристин. Но её лицо выражало ровно те же чувства, что переполняли и меня: отвращение к тем, кто счёл себя вправе решать, кому можно жить, а кому нет.

Фераро какое-то время молча смотрел на меня.

— Кстати, твой полковник Роше тоже состоял в этом ордене.

Я даже обиделась:

— Он не мой!

— Конечно, не твой. Прости. Но это не отменяет его участия. В общем, когда я свёл все эти нити, я осознал и свою ошибку. И признаюсь…

Он смотрел прямо на меня.

— У меня был план использовать тебя, Аврора. Я ошибался. Прости, Аврора. Я знаю: если ты решишь меня бросить, я пойму. Я собирался поменять твою нить, которая должна была появиться в момент ритуала, на нить Евы, чтобы вернуть её. Но… я отказался от этой идеи. Потому что…