Книга Афера генерала Фераро, страница 81 – Майя Фар

— А что с ним будет? — спросила я. — Если его вина будет доказана.

— О, не сомневайся! Его вина будет доказана. И, скорее всего, его ждёт лишение неба. Вот если бы он не активировал… возможно, его бы пожурили и простили.

— В смысле — лишение неба?

— Он будет вынужден носить браслеты, блокирующие обращение, до конца жизни. Или до того момента, пока император не решит его простить.

— Почему так жестоко? — спросила я, зная, что для дракона даже смерть выглядит менее жестокой, чем лишение неба.

— Аврора, ты понимаешь, что он хотел сделать?

Я решила хлопнуть глазами и сказала:

— Нет, видимо, не до конца.

— Он хотел изменить узор. Изменить узор, который уже сплетён. И теперь неизвестно, чем всё это закончится. Поэтому вместе с отделом внутренних расследований едут специалисты по узору — чтобы в случае чего вовремя среагировать.

— Арман, а что ты знаешь про жертву, которая должна быть принесена?

— Об этом можешь не переживать. Не Фераро, а Венец сам выбирает жертву. — Арман вдруг усмехнулся: — Самое главное не находиться в момент обретения венца в том месте, где будет проходить ритуал.

— А что тогда будет?

— Ну, если пойдёшь сейчас к Фераро, то спроси его, что будет. Пусть он тебе расскажет. Я этого не знаю и знать не хочу. — Выражение глаз Армана вдруг стало колючим. — В любом случае не задерживайся, я буду ждать тебя в гостинице. Поужинаем вместе.

— Да, хорошо, Арман, — сказала я, понимая, что если сейчас не соглашусь на ужин, разговор ещё затянется, или, того хуже, он останется ждать меня здесь.

На этом разговор закончился, и я отправилась к Фераро.

Но, вопреки ожиданиям, меня не пустили.

Я попыталась надавить:

— Что это такое? Как это нельзя пройти?

Но мне сообщили, что генерал Фераро отказался кого-либо принимать.

— Постойте, вы только на этом основании не пускаете следователя к подозреваемому?

Но охранники были из тех, кто до его ареста подчинялись Фераро. И, видимо, для них он так и остался главным. И теперь они встали стеной, повторяя только одно:

— Простите, госпожа подполковник, но генерал не принимает.

Так, попытавшись «проломить эту стену» и потратив на это ещё минут тридцать, я поняла, что авторитет генерала, несмотря на то что он совершил преступление против всего этого мира, до сих пор служит ему верную службу.

Фераро арестовали. Но власть у него никто не отнял.

И я была вынуждена ретироваться, понимая, что могу просидеть здесь хоть до утра, но меня не пустят.

Вернувшись в гостиницу, я снова столкнулась с Роше, который сидел в холле недалеко от входа, явно устроив засаду, чтобы я не проскочила мимо.

Поэтому поужинать мне с ним всё же пришлось.

— Как поговорила с Фераро? — спросил он.

— Хорошо.

— Что он тебе сказал?

— Да ничего нового, — ответила я и отметила про себя, что Роше не в курсе запрета генерала на встречи.

Меня это даже позабавило, и я решила не рассказывать Роше про неповиновение охраны, а то с него станется всех уволить.

Роше предложил сходить прогуляться, но я отказалась, сославшись на тяжёлый день и сильную усталость. Тогда он отправился провожать меня до номера.

Я подумала, что, если он начнёт ко мне приставать, придётся применить болевой приём. Но Арман как будто почувствовал, что у меня нет настроения играть во флирт.

И хотя на его лице играла довольная улыбка, но глаза его были холодны, когда, прощаясь, он заявил: