Книга Проект «Тот самый», страница 46 – Джули Шэн

— Что?.. – сипит Хёри, ощущая его обжигающие прикосновения и не понимая до конца, к чему именно он ведёт.

— Взять тебя. – Ёнги сглатывает, будто и сам борется с последними остатками сдержанности. – Прямо здесь, прямо сейчас?

— Хрен с ней, с ответственностью, – выдыхает Хёри и резко подаётся вперёд, обвивая его шею. – Меня – да.

В тот же миг Ёнги крепко сжимает её за бёдра, подтягивая ближе к себе, и она с удивлением осознаёт: всё это время он держал себя в руках, мучительно долго, и теперь будто сорвался с цепи. Его поцелуи жадные, словно он утоляет голод, и от этой жадности у Хёри кружится голова, а дыхание сбивается.

Здравый смысл робко стучится где-то на задворках сознания, напоминая, что дверь в кабинет не заперта, но Хёри отмахивается от этой мысли, потому что в тот момент её джинсы с трусами уже спущены и держатся только на одной ноге, а Ёнги быстрым, уверенным движением раскатывает презерватив, стянув с себя брюки и бельё.

— Дверь, – только и успевает прохрипеть Хёри, выгибаясь навстречу, когда Ёнги медленно входит в неё.

И этого одного движения оказывается достаточно, чтобы по её телу пробежала лавина электрических разрядов, которые вспыхивают внизу живота и расходятся по всему телу – к пальцам ног, ладоням, вискам. Хёри кажется, что она способна кончить уже только от первого проникновения.

— К чёрту, – выдыхает Ёнги, прикусывая зубами её шею, где бешено стучит пульс, и начинает двигаться быстрее, жёстче. Стол под ними подрагивает, последние вещи, лежавшие на нём, летят на пол, а в голове Хёри остаётся только одно: потрясающе яркое безумие происходит с ней. – Или тебя волнует незапертая дверь, потому что такого у тебя никогда не было? – Его слова, горячие и обжигающие, впиваются ей прямо в мозг.

И Хёри надо признаться, хотя бы самой себе, что да, такого у неё ещё не было. Она ведь не специально эпатирует публику: да, она смелая, дерзкая, любит дразнить и нарушать правила, но в вопросах секса всегда старалась придерживаться закона «закрытой двери». Окружающим совсем не обязательно быть свидетелями того, что происходит в её постели. Да и прошлые партнёры Хёри вряд ли пережили бы достойно, если бы кто-то внезапно ворвался в самый ответственный момент. Но Ёнги другой. Ёнги похож на неё: свободный, уверенный, не боящийся чужих взглядов.

— Ах! – Хёри не сдерживает вскрика, и в ту же секунду её прошибает мелкая дрожь. Ёнги ускоряет темп, и оргазм накрывает её так резко, будто тысячи осколков стекла впиваются в кожу. Хёри так хорошо, что в уголках глаз выступают капельки слёз, а на висках – бисеринки пота.

Ёнги продолжает двигаться, тяжело дышит ей в шею, и когда наконец сам с протяжным стоном кончает, Хёри инстинктивно обхватывает его ногами за талию, удерживая в себе, будто не готова отпустить ощущение, которое он ей дарит.

Она выгибается, задрав голову, волосы разлетаются по тёмной полированной поверхности, дыхание сбивается, и из горла вырывается хриплый смешок. И тут слышится скрип двери. Хёри замечает, как та приоткрывается, и сердце на секунду ухает вниз. Но незваного гостя будто сдувает порыв ветра, стоит Ёнги рявкнуть низким голосом:

— Выйди!

Хёри даже не пытается понять, кто это был. Сейчас ей абсолютно всё равно, кто и что мог увидеть.