Книга До тебя одна песня, страница 82 – Лорена Шефер, Валентина Фаст

Мило нарочито-преувеличенным жестом схватился за грудь, но я никак не отреагировала.

— Хочу написать о том, почему над девушками и женщинами смеются за то, что они чьи-то поклонницы. Почти в каждой статье, которую мне удалось найти, о брикредсах пишут с насмешкой. – Я развела руками. – Ну да, прямо сейчас и я не отношусь к их сторонникам, хотя знаю, что речь идет только об отдельных людях, а не обо всем фан-клубе.

Мило был явно впечатлен:

— Квинн, это правда очень хорошая тема.

От этих слов я ужасно обрадовалась, но мне не хотелось это показывать. Я заправила за ухо прядь волос.

— Было бы здорово, если бы ты помог мне раскрыть тему. А на последней странице поместим интервью, в котором в центре внимания будешь ты, и читатели останутся довольны.

Подумав, Мило кивнул:

— Мне нравится.

Я выдохнула с облегчением и открыла клавиатуру.

— Но у меня будет одно условие.

Рано радовалась! Это же Мило, чего я ожидала? Он всегда играет по своим правилам.

— На каждый заданный вопрос тебе нужно будет тоже дать ответ.

— Почему? – растерялась я.

— Думаю, так будет честно. – Он развел руками. – Почему я должен оголять душу, а ты ничего о себе не рассказываешь?

— Оголять душу? – не веря своим ушам, повторила я. – Ты вообще читал соглашение о неразглашении, которое мне дали подписать?

Мило лукаво улыбнулся:

— Ну ладно, согласен, у нас есть определенные рамки. И все-таки это было бы честно.

Я задумалась. Задавать Мило слишком личные вопросы я не могла, значит, вероятность того, что придется рассказывать о себе что-то слишком сокровенное, крайне мала. И мне даже льстило, что он хотел не только отвечать на вопросы, но и что-то узнать обо мне. Наверное, просто пытался отвлечь внимание. Как бы то ни было, если это поможет мне написать статью, я готова.

— По рукам, – согласилась я. – С чего начнем?

— С интерьвю, – решил он. – Будет ли обязательный вопрос: «Что бы ты взял с собой на необитаемый остров»? Понимаешь, я еще ни разу на него не ответил.

— Не волнуйся, если я задам такой вопрос, Фиона, наверное, собственноручно вынесет меня вон из редакции, – успокоила я его. – Итак, – откашлялась я. – Какое для тебя самое прекрасное чувство на свете?

— Это очень просто: когда у меня готова новая песня.

Довольная ответом, я принялась записывать.

— К кому ты обращаешься…

— Стоп, стоп, стоп, – перебил он меня. – Твоя очередь.

Верно. Я же согласилась на его условия! Увильнуть не получится.

— Для меня это трудный вопрос.

— Может быть, когда ты опубликовала статью? И видишь внизу страницы свое имя? – предположил Мило.

Я выглянула в окно. Дождь заливал все с такой силой, что вокруг ничего не было видно.

— Нет… самое прекрасное чувство – это когда кто-то запомнил, что ты однажды сказал. Это могут быть какие-то мелочи. Однажды в пятом классе Кейт Вебб привезла мне из отпуска песок в бутылке, потому что запомнила, как я говорила на уроке обществознания, что никогда не была на пляже. – Я до сих пор помню свои ощущения, когда Кейт вдруг возникла передо мной с бутылкой. Мы даже не были лучшими подругами, ей просто захотелось сделать мне приятное. – Я хочу попытаться сама стать таким человеком.

Какое-то время слышался только стук дождя и беспрерывный скрип «дворников» о стекло.

— Это чертовски хороший ответ, – наконец проговорил Мило. – Теперь мой кажется мне недостаточно глубоким. Можно его изменить?