Книга До тебя одна песня, страница 57 – Лорена Шефер, Валентина Фаст

Лилиан под аплодисменты вернулась на свое место, и музыканты взяли первые ноты композиции. Когда Мило начал петь, большинство зрителей, не выдержав, встали со своих стульев. Вообще-то я должна была фиксировать свои наблюдения и делать пометки, как и положено для хорошей статьи. Но я тоже поднялась и стала хлопать в такт вместе со всеми.

Когда песня закончилась, зрителям потребовалось некоторое время, чтобы успокоиться. Но потом все стихли, ведь никто не хотел пропустить, что Мило скажет дальше. Он сделал глоток воды и вернулся к микрофону. Несмотря на полный зал, был слышен каждый шорох.

Но тут зал услышал оглушительный звон: это я, возвращаясь на место, нечаянно задела свой бокал, и он полетел на пол.

Черт! На меня стали оборачиваться, и захотелось провалиться сквозь землю.

— А она что тут делает? – громко спросил один из поклонников, враждебно глядя на меня.

Проклятье, он меня узнал. Я знала, что встреча с бриксредсами может быть рискованной, но надеялась, что в другом образе меня не узнают. Перешептывание становилось все громче, и меня обдало потом.

Больше всего мне хотелось оправдаться, сказать, что все это было недоразумением, но вместо этого я сидела молча, надеясь, что земля сейчас разверзнется подо мной.

— Кто из вас был уже когда-то на моем концерте? – заговорил в этот момент Мило своим грудным голосом и таким образом снова привлек к себе всеобщее внимание. Он спас меня из затруднительного положения. Сделал ли он это намеренно? Как бы я хотела знать, что он думает.

— Я! – стали выкрикивать некоторые зрители, поднимая руки.

Мило легонько провел по струнам.

— На моем самом первом концерте я от волнения забыл слова. Полный провал в памяти. – Он лукаво улыбнулся, и кто-то из зрителей тоже засмеялся. – К счастью, публика была очень доброжелательна. Зрители подбодрили меня, и я начал заново.

Он провел рукой по волосам.

— Вот что я этим хочу сказать: разве каждый из нас не заслужил права на второй шанс? – Он перевел взгляд на меня. – Мы привыкли судить поспешно о людях, о которых ничего не знаем.

Через мгновение он повернулся к своей группе и громко произнес:

— Аплодисменты для Имоджен, Эйвери и Переса!

Все захлопали и засвистели, а музыканты заиграли самую известную песню Пока не прозвучит «прощай», и вот уже все зрители подпевали и никто больше не думал о сидевшей в баре журналистке из «Селебритан».

Я выдохнула, пытаясь снова расслабиться, но все это совершенно сбило меня с толку. Весь вечер, мои чувства и слова Мило. Когда я думала о том, что мне предстоит стоять перед ним и задавать вопросы, все ощущалось совершенно иначе. Оставайся невозмутимой, Квинн, ты справишься! Статья сейчас – самое важное.

В течение всего следующего часа я завороженно слушала Мило и его музыку, а когда группа вышла на поклон, мне не верилось, что концерт окончен.

Свет в баре стал ярче, а гомон голосов усилился.

Мило не сказал, где именно мне ждать его после концерта. Я стояла, оглядываясь по сторонам. Пойду-ка я лучше в сторону сцены, за которой скрылись Мило и его группа.

Публика направлялась к выходу, а я пыталась протиснуться ровно в противоположную сторону, опустив взгляд. Мне хватило происшествия с бокалом.

— Мисс Хэйвуд? – раздался рядом голос менеджера. – Вы можете пройти со мной.