Книга Лечение измены от полковника, страница 11 – Елена Ткачева

Он достал пачку сигарет, чиркнул зажигалкой и затянулся, глядя на бесконечную череду серых зданий, сливающихся с низким небом. Здесь всё казалось застывшим в одном времени — времени безнадёги и мелких интриг. Полковник понимал, что его ждёт война. Не с преступностью, с которой этот отдел давно перестал бороться, а с теми, кто носил форму и сидел в уютных кабинетах, обросший связями и равнодушием.

Где-то в глубине здания хлопнула дверь — видимо, Тарасов собирал своих людей в конференц-зале. Громов медленно выпустил струю дыма и раздавил окурок носком сапога. Он чувствовал себя чужаком в этом городе, но именно это давало ему преимущество. Ему нечего было терять, не с кем здесь было считаться, и никаких иллюзий относительно «традиций» северной столицы у него не осталось.

Оставив сигаретный бычок на асфальте, он направился обратно в здание. Сзади слышался шум проезжающих машин и отдалённые крики чаек. Впереди ждал зал, полный людей, которые даже не подозревали, что их привычный мир только что перестал существовать. Громов толкнул тяжёлую дверь и вошёл внутрь, ощущая, как во всём теле напрягается каждая мышца. Время разговоров закончилось.

Он не собирался идти на компромиссы. В северной столице его ждал не только административный хаос, но и люди, привыкшие работать спустя рукав. Но именно такие условия всегда вдохновляли его больше всего — когда вокруг руины, всегда есть шанс построить что-то действительно крепкое.

В конференц-зале царила гнетущая тишина. Присутствующие, все в форме, сидели за длинным столом, их взгляды были устремлены на нового начальника, полковника Громова. Он стоял перед ними, высокий, с военной выправкой, и его присутствие само по себе было вызовом.

Громов оглядел собравшихся. Здесь были и те, кто привык к стабильности и медленным изменениям, и те, кто, возможно, уже чувствовал надвигающиеся перемены. Он знал, что ему предстоит не просто реформировать отдел, но и сломать сложившуюся систему, где дисциплина и эффективность были заменены безразличием и формальностью.

— Товарищи, — начал он, его голос звучал ровно, но с ощутимой долей металла. — Я прибыл сюда не для того, чтобы выслушивать ваши оправдания или слушать о том, как сложно работать в этом городе. Я здесь для того, чтобы изменить ситуацию. И я не собираюсь ждать, пока вы сами решите, что пора что-то менять.

Он сделал паузу, давая им возможность осознать сказанное. Затем продолжил:

— С этого момента каждый из вас будет нести ответственность за свою работу. Если кто-то не готов к этому, пусть лучше сразу скажет об этом. Я не потерплю лени и бездействия.

В зале повисло напряженное молчание. Громов видел, как некоторые из присутствующих переглянулись, явно не ожидая такого начала. Но он не собирался давать им время на размышления.

— Начнём с простого. Я хочу, чтобы каждый из вас составил план по улучшению своей работы и работы всего отдела. Срок — до завтра. Если у кого-то есть предложения по улучшению структуры или перераспределению обязанностей, пусть также изложит их в письменной форме.

Он заметил, как несколько человек начали перешептываться, но быстро замолчали, когда Громов бросил на них суровый взгляд.

— Вопросы? — спросил он, глядя прямо перед собой.

Молчание.

— Отлично. Тогда до завтра. Все свободны.