Книга Райан. Гром среди ясного неба, страница 215 – Камеллия Т. Джонсон

— Саманта, выслушай меня. Ты думаешь, я не понимаю тебя? Думаешь, не знаю, каково это – любить? Я все знаю, милая.

Ее слова причиняли боль. Видимо, потому, что нутром я понимала: такая реакция не могла быть спровоцирована простым нежеланием видеть свою дочь рядом с неподходящим ей парнем. У всего должна иметься веская причина. И я знаю, что сейчас она озвучит ее, и моей прежней жизни придет конец.

— Я должна признаться, – мать говорила не без труда, с большими паузами. – Если ты не послушаешься, я буду вынуждена сообщить тебе тайну, которая причинит боль не только тебе, малышка, но и нам с отцом. Ты же не хочешь разбить нашу семью?

Я держалась из последних сил, дабы не удариться в истерические слезы. Потому что только глупый не поймет, что в ее словах кроется секрет, который способен разрушить наши жизни.

— Слейтер – не тот парень, с которым ты можешь встречаться, девочка. И дело вовсе не в моей антипатии к нему, – она невесело усмехнулась. – Ты же помнишь, я сама беспокоилась о нем, когда ему было одиннадцать лет. Тогда он был при смерти, а мое сердце болело за него вместе с Райдером.

Слова стали складываться в единую картину. Райдер. Райан и я, которые не могут быть вместе. Все настолько очевидно, что ей не надо озвучивать это вслух. Боже… Упав на колени прямо у подножия лестницы, я закрыла лицо ладонями и заплакала. Мама быстро оказалась возле меня, попыталась поднять меня на ноги, а когда ничего не вышло, тоже села и обняла меня. И мы заплакали вместе.

— Малышка, боже! Прости меня за все. За вчерашнее, за прошлое, но от этого никуда не деться, родная.

Не надо, мама. Не озвучивай это, прошу. Я и так все поняла!

Поглаживая меня по голове, она говорила теперь нежным шепотом. Выплакивала свою боль и недоговоренные мысли, что терзали ее все эти годы. Но я не слушала.

— Держись от него подальше, Сэм. Просто перебори себя. Постарайся забыть.

— Я не могу, мама! – говорила я ей в ответ, не понимая, как справиться с этой болью.

— Детка, я не сказала главного.

Мои мучения были схожи с адской пыткой: меня медленно опускали в котел с кипящим маслом и вынимали на несколько секунд. Жизнь безвозвратно теряла краски.

— Не говори, прошу!

— Я бы молчала, Саманта. Но ты же спала с этим мальчиком, детка. Так нельзя. Это… Ты же не будешь противиться, думая, что это моя прихоть.

О боже, нет. Мама!..

— Саманта, я тебя не воспитывала такой. Этого нельзя допускать. Ты…

Решив, что с меня хватит и пора прекратить говорить загадками, я подняла голову и заявила:

— Почему? Что в этом такого? Вы были любовниками с его отцом, да? Райдер может оказаться моим отцом, этого ты боишься? А папа знает о твоих грехах?

Мама растерянно посмотрела на меня.

— Детка, поверь… Все не так просто.

Мне осточертели эти намеки. Вскочив на ноги, я зло посмотрела на мать сверху вниз.

— Ты должна была рассказать раньше, если хотела, чтобы тебя поняли. Мам, я прошу, скажи, чего ты хочешь от меня сейчас?

Вмиг переключив рычаг с отметки «мягкость» на отметку «решительность», мама встала:

— Ты не оставляешь мне выбора, Саманта. Собирай свои вещи. Мы сегодня же переезжаем.

Ошарашенная таким внезапным решением, я в шоке замерла на месте.

— Мы переедем, – объявила она.

— Мам, нет.

— Да, Саманта, да. Ты же не хочешь слушаться.