Книга Убойный отдел, страница 95 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

Ну да, его револьвер ведь конфисковали и совершенно точно не вернули ему после совершения преступления с его использованием. Да и легально владеть оружием ему будет нельзя еще лет десять как минимум. Вот только продажу оружия между физическими лицами в этом штате действительно никто толком не контролирует, и если твою рожу не печатали в газетах, как мою в свое время, то никто никогда не узнает, что у тебя запрет на владение оружием. И раскроется этот факт, только если у тебя его случайно найдут. Ну или как в нашем случае — не случайно.

— Потом дождался, пока дети уедут на три дня к бабушке в Анахайм. И пришел, чтобы показать ублюдку, который посмел вышвырнуть меня из моего же дома, кто тут настоящий хозяин, — его лицо с каждым словом становилось все более жестким. — Я открыл дверь своим ключом и услышал, как они на втором этаже… Меня переклинило. Я поднялся наверх, и когда этот урод сказал, что сейчас снова вышвырнет меня, пристрелил его, как собаку.

Его лицо внезапно изменилось, снова стало потерянным. Он посмотрел на свои руки и проговорил:

— Я не собирался убивать Элану, детектив. Я собирался застрелиться сам. Но когда она начала кричать, какой я ублюдок, что я разрушил ее счастье, что он был в десять раз лучше меня, а я просто ничтожество… Что я просто мерзкий денежный мешок, и она никогда меня не любила… Во мне что-то сломалось. Все словно провалилось в какой-то бред, сюр. Глаза застлала пелена, а когда она спала, Элана была уже мертва…

Он запустил пальцы в немногочисленные оставшиеся волосы и уставился в стол.

— Я приставил револьвер к виску и нажал на спуск, — произнес он настолько замогильным голосом, что у меня пробежали мурашки по спине. — Но в нем кончились патроны. Представляете, детектив? — Стив поднял на меня взгляд, и я увидел в глубине его глаз что-то страшное — искорки зарождающегося безумия. Они блеснули лишь на мгновение и сразу исчезли, но произвели на меня неизгладимое впечатление. — Я отдал Элане все, что у меня было в этой жизни. Даже последний патрон, который берег для себя.

Он надолго замолчал, и я все не решался нарушить повисшую тишину. В итоге это сделал Касселс.

— И что было дальше? — спросил напарник.

— А дальше я понял, что я трус, — покачал головой Стивен, в его голос вернулось его нормальное выражение, приправленное горем и отчаянием, но больше не напоминающее речь психопата. — И что без пистолета не смогу покончить с собой. Рука уже не поднимется, момент, когда я мог решиться, упущен. Так что я просто вызвал полицию. Не знаю, почему я так поступил. Мне просто показалось, что так будет правильно.

Я только покачал головой.

— Ведь был же другой выход, Стив, — проговорил я, сам не зная зачем.

— Был, — подтвердил бывший адвокат. — Но тогда я его не видел. А сейчас уже слишком поздно.

Мне стало очень дерьмово на душе. Да, Стив оказался убийцей. Но если бы не обстоятельства, к которым я напрямую приложил руку, этого бы, скорее всего, не случилось.

— Собираешься во всем признаться и просить о сделке? — спросил я.

— Наверное, — тихо ответил Стив. — Я уже не знаю, что мне делать…

Я подумал несколько секунд, после чего повернулся к напарнику.

— Ник, проведи официальный допрос под диктофон, — попросил я. — Только не топи его сверх необходимого. Он и без того получит сполна.