Книга Убойный отдел, страница 104 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

— Ну, немного похож, — она усмехнулась. — Потому что вчера ввалил двадцать тысяч долларов на восемьдесят к одному. Шансов нет, Майк.

— А я почему-то уверен, что ставка сыграет, — ответил я.

Она еще несколько секунд помолчала, после чего продолжила есть бургер. Я тоже взялся за еду. Она прожевала, сделала глоток кофе, после чего проговорила:

— Ладно. Ты прав, наверное, что сделано, то сделано. Просто в следующий раз хотя бы предупреждай меня о таких вещах заранее. А то вот так вот внезапно — только приехали в город, и сразу же в «Мираж» — делать ставку.

— Хорошо, — вздохнул я. — Больше никаких ставок без предупреждения.

В любом случае сегодня она увидит, что Тайсон проиграет, и после этого… Станет задавать вопросы, определенно станет, ей будет интересно, откуда я узнал о результате боя. Но больше против ставок протестовать точно не будет.

— А бургер вкусный, — сказала она и улыбнулась.

Ну вот, конфликт если и не исчерпан, то по крайней мере на какое-то время погашен. Мы, не торопясь, позавтракали, а потом в дверь тихонько постучали. И я проговорил:

— Войдите!

Дверь приоткрылась, и в дверном проеме появилась голова Ника. Он посмотрел на нас и спросил:

— О, так вы уже позавтракали?

— Ну да, — сказал я. — А ты?

— Я встал уже час назад, — ответил он. — Да и если честно, заснуть не мог — очень уж волнуюсь по поводу того, что сегодня будет. Надо отвлечься.

— Ну тогда поехали отвлечемся, — ответил я, поднимаясь с кровати.

— Выйдите, мне одеться надо, — проговорила Сара.

Мы вышли на балкон, длинный, вдоль которого находились двери, а с него можно было рассмотреть парковку и дорогу. Ник посмотрел сперва, все ли в порядке с его «Порше» — машина стояла на месте, никто ее не умыкнул. Он запустил руку в карман, вытащил портсигар, сунул сигарету в зубы, после чего спросил:

— Сильно ругалась?

— Да нет, — я покачал головой. — Она скорее расстроилась просто.

— Ну а чего… — он пожал плечами. — Общего бюджета у вас, я так понимаю, еще нет, живете вы раздельно, пусть и встречаетесь уже полгода. Ну сделал ты ставку и сделал, чего такого?

Я посмотрел на Ника и покачал головой. Какой же он молодой еще все-таки.

— Да дело ж не в том, что я потратил эти деньги, — ответил я. — Если бы я купил себе машину новую, или… — я подумал, не зная, на что еще можно в нынешние времена потратить двадцать тысяч долларов, — не знаю, мобильный телефон или компьютер, то она ни слова бы мне не сказала. Дело как раз в том, что я сделал ставку.

— Ну… Вроде бы разумно, — он почесал бровь тыльной стороной большого пальца. Той же руки, в которой была зажата сигарета — меня аж передернуло.

— И с ее точки зрения ставка на восемьдесят к одному действительно выглядит безумием, — продолжил я. — Но мы-то знаем, что Тайсон проиграет.

— То есть ты знаешь, — сказал он.

— Да, я знаю, — ответил я. — А она нет. Женщины боятся игроков, в этом нет ничего удивительного. И это вполне нормально — это, может быть, даже хуже, чем алкоголик или наркоман.

— Ну… Так-то да. Но мы же сегодня все равно будем играть, мы ведь в Вегасе.

— Да, только вот денег у нас особо больше нет, поэтому сколько мы можем проиграть? Баксов по триста? Вот если ты проиграешь триста баксов, ты сильно расстроишься?

— Расстроюсь, — хмыкнул он. — Но не сказать, что сильно.