Книга Жена незнакомца, страница 95 – Анна-Лу Уэзерли

— Господи, Дэн… Который час?

— Поздно, – отвечаю я. – Или рано. Смотря как считать.

Она потягивается, хочет сесть, но не может, и я подаю ей руку.

— Тебе бы лечь в кровать, Фи, – говорю я.

— И остаться без мороженого с гедза? – Увидев жалкий пластиковый стаканчик, Фиона усмехается.

— Зато к нему дали ложечку, – хмыкаю я, протягивая пластиковый пакетик.

— Нам нужно поговорить, Дэн, – произносит она.

— О мороженом? – спрашиваю я, хотя прекрасно понимаю, о чем пойдет речь.

Фиона притворно хмурится.

— Нет, глупый, о…

Она кладет ладонь на круглый живот. Он такой большой, что пижамная кофта расходится на нем в стороны, а кожа натянута, как барабан. Меня вдруг накрывает простая мысль: до чего же она красивая, будто редкое хрупкое яйцо, к которому страшно прикоснуться. Рисковый я все-таки парень.

— Обо всем этом… о нас, – произносит она.

— А что с нами не так?

Я мысленно ругаю себя за глупость.

Фиона смотрит мне в глаза.

— Когда малыш появится на свет… – начинает она.

— Вы можете остаться здесь, – перебиваю я. – Все вместе, хотя бы на первое время. А дальше разберемся.

Моргнув, она опускает взгляд на живот и вздыхает.

— Я люблю тебя, Дэн, – говорит Фиона почти шепотом: так тихо, что я не уверен, не послышалось ли.

— Это гормоны, – улыбаюсь я, поглаживая ей щеку. – Читал, что во время беременности мозги у женщин превращаются в пудинг.

Она смеется, но глаз не поднимает.

— Наверное… – Голос стихает на полуслове.

— Кроватки, коляски, эти… как их… кресла-качалки – купим все, что надо. У нас еще пара недель в запасе, верно?

Фиона кивает.

— Ну вот. Поедем в выходные в этот огромный магазин…

— «Детский мир»?

Глаза у нее вспыхивают, и меня накрывает теплой волной.

— И выберешь все, что захочешь. Как-нибудь втиснемся, – говорю, оглядывая тесную гостиную. – Справимся.

— А ты будешь рядом? – спрашивает она. Я внутренне содрогаюсь: если Фиона заплачет, я пропал. Когда женщины пускают слезу, я начинаю пороть чушь. – На родах?

— Да, – отвечаю. – Буду.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Хотелось бы верить, что мне удастся сдержать свое слово.

Фиона немного оживляется, берет мороженое и снимает крышечку.

— Кстати, я выполнила твою просьбу. Было непросто, но я покопалась, позвонила кому нужно, и…

— Ты про ту наводку? – спрашиваю я.

Сегодня так замотался, что почти забыл, как утром дал ей поручение.

Фиона смотрит на меня с ехидцей; в глазах так и читается: «Ты идиот, Дэн Райли, но я тебя прощаю».

— Да, Дэн, про ту наводку.

У нее к губе прилипла шоколадная крошка. Меня вдруг тянет ее поцеловать, но я остаюсь сидеть на месте. Меня всегда что-то останавливает.

— И?..

— Дилейни. Мартин Дилейни. Говорит тебе это имя что-нибудь? – Она зачерпывает очередную ложку мороженого.

— Да, – отвечаю я. – Боюсь, что говорит.

Бет

Октябрь 2019 года

Бет смотрит в окно на бассейн в саду и чувствует, как в ней поднимается и разрастается тошнота: будто волна бьется внутри, выворачивая желудок наизнанку. Неужели Марта и правда лежит там, под водой, в бетонной могиле? Или Эван блефовал, решив напоследок проявить жестокость? Как ни поверни, от этой мысли ее трясет. Больше всего злит то, что даже мертвый он умудряется играть с ней в свои любимые психологические игры, решив оставить за собой последнее слово.