Книга Коллекция Брэйдинга, страница 77 – Патриция Вентворт

Мисс Сильвер наблюдала с интересом; руки были заняты вязанием, но глаза замечали каждую деталь. Слегка кашлянув, она произнесла:

— Согласна, мистер Моберли: ваше алиби на время убийства окажется не слишком прочным, когда станет известно, что мисс Констэнтайн — ваша жена. Но верно и то, что, как говорит майор Форрест, этот факт обязательно следует предать огласке, и любая дальнейшая попытка сокрытия не может не привести к пагубным последствиям. Если вы говорите чистую правду, я думаю, вам нечего бояться.

Он покачал головой и пробубнил, не глядя на мисс Сильвер:

— Вы не знаете…

— Знает, — прервал его Чарльз Форрест. — Льюис рассказал ей при встрече две недели назад. Всё, от начала до конца, всю историю, и упомянул, что я — его душеприказчик, и имею указания от него передать досье в полицию, если с ним что-нибудь случится.

Джеймс Моберли уронил голову на руки.

— Это конец. — И, после паузы: — Ты его передал?

— Досье ещё не дошло до меня. Понимаешь, оно хранилось не у Льюиса. А в сейфе его адвоката. В понедельник контора откроется, и я ожидаю, что мне его передадут. Что касается того, пойдёт оно это дальше или нет — я никогда не собирался давать ему ход. Но теперь от меня мало что зависит: Льюис выбил у меня почву из-под ног, когда нанёс визит мисс Сильвер.

Моберли поднял голову. Его лицо было пустым и жалким.

— Мисс Сильвер… он рассказал вам?

— Да, мистер Моберли.

— Что? Что он рассказал вам?

— Мистер Брэйдинг известил меня, что держит вас под контролем. И сообщил мне о сущности этого контроля.

— Кто ещё… знает?

— Главный констебль.

Джеймс Моберли снова зарылся головой в руки. И так и остался сидеть, наклонившись вперёд. В тёмные волосы, падавшие на виски, вцепились длинные тонкие пальцы, запятнанные в лаборатории, где умер Льюис Брэйдинг. Внезапно с возгласом нетерпения Моберли откинул назад волосы, встал и повернулся к Чарльзу.

— Мне надо подумать. Мне необходимо время… я не могу мгновенно принять такое решение. Оно затрагивает мою жену. Никто никогда не считался с ней, но теперь всё по-другому. Я не хочу никого подвести, но мне необходимо время для раздумий; ты должен это понять.

Чарльз с любопытством посмотрел на него.

— Никто тебя не подталкивает.

Моберли, похоже, ничего не услышал. И продолжил, всё более и более решительно:

— Мне нужно время! Если бы мне требовалось защитить только себя! Ты был моим другом. Если бы только я… но это не так… этого не может быть… Я должен думать о Хестер. Я не могу подвергнуть её опасности без сопротивления. Ты должен меня понять.

— В твоём распоряжении столько времени, сколько захочешь, — кивнул Чарльз и увидел, как Моберли подошёл к двери и резко распахнул её.

На мгновение он застыл в проёме, наполовину обернувшись, как будто что-то собирался добавить, но затем отвернулся и ушёл, оставив дверь открытой. Чарльз встал и закрыл её. Затем вернулся и сел на угол письменного стола.

— Он вышел в пристройку. Та дверь в стеклянный проход щёлкает, как и упоминала Стейси. Вы это заметили?

— Да, майор Форрест.

Он изобразил пальцами на столе барабанную дробь:

— Вот бедолага! Против него состряпают дело. У него есть прошлое. У него есть мотив. Он подбрасывает в питьё наркотики своему работодателю — боюсь, жандармерия назовёт это наркотиками. Он тайно вступает в брак. И его алиби серьёзно зашаталось. Знаете, он не убивал Льюиса.