Книга Коллекция Брэйдинга, страница 20 – Патриция Вентворт

Но даже самый длинный танец подходит к концу. К сожалению, лёд был сломан, и мистер Моберли не желал расставаться со своей аудиторией. Стейси почувствовала, что её терпение на пределе, и как раз в этот момент к ним подошёл Чарльз Форрест.

— Привет, Моберли! — усмехнулся он. — Итак, ты здесь. Я вижу, Стейси сжалилась над тобой. Думаю, не помешают перемены. Отправляйся и пригласи Лилиэс на следующий танец. Джек Констебль, кажется, сбежал с Мэйдой. — Он повернулся к Стейси. — Это рыжая девушка. Её зовут Мэйда Робинсон. Она новая жиличка в Солтингсе. У неё квартира рядом с Лилиэс. Какая-то вдова, но соломенная или настоящая, я не разобрал. Тебе лучше воспользоваться шансом, пока Джека Констебля нет рядом, Джеймс.

Джеймс Моберли терпеливо удалился. Чарльз некоторое время понаблюдал за ним, пробормотал: «Настал любви и радости черёд. Танцуйте же!»^[22], а затем обернулся:

— Потанцуешь со мной, Стейси?

То, что компанию, будто колоду карт, перетасовали именно с этой целью, было очевидно. Стейси ощутила приятное волнение, отвечая:

— Не думаю.

Его брови приподнялись.

— Сильно хромаешь? Я видел, как он чуть не раздавил тебя. Давай! Только подумай, как развеселится публика! И делись со всеми счастьем, мимо проходя!^[23] Не думаю, что у нас получится хуже, чем всегда.

Когда пластинка заиграла, его рука уже лежала на её талии. Они ритмично заскользили по полу. Да, они с Чарльзом плыли вместе, как обычно. Стейси услышала его глубокий вздох.

— Два ума — и одна мысль. Ты всё ещё танцуешь в унисон со мной.

Она бросила на него тяжёлый взгляд:

— Ты говоришь это всем, с кем танцуешь, так?

Уголок его рта дёрнулся. Чарльз сказал:

— С вариациями. Только в твоём случае это правда.

— Это один из вариантов, я полагаю.

Он покачал головой.

— О нет, дорогая, это как раз правда. Всем остальным я просто угождаю. Первейшая общественная обязанность гражданина. Я считаю, что у меня выходит довольно хорошо.

— О, да, — согласилась Стейси с тем же серьёзным взглядом.

Они проплыли по всей комнате, прежде чем он спросил:

— Что ты здесь делаешь?

Она покраснела. От злости, потому что в мире не нашлось бы иной причины. И приступила к объяснениям — как она надеялась, скучающим голосом:

— Я пишу миниатюру миссис Констэнтайн. И, конечно же, думала, что она живёт в Бёрдоне. Я уже собиралась выходить из поезда в Ледлингтоне, когда появилась леди Минстрелл и сообщила, что её мать внезапно решила отправиться в Уорн.

Чарльз кивнул.

— Она часто гостит здесь. Кажется, ей принадлежит основная часть акций клуба. Здесь очень прилично — намного лучше, чем в Бёрдоне, где не найдёшь современный персонал. Так что всё будет в порядке.

— Я бы не приехала, если бы знала, и я не хотела оставаться, но не могла объяснить в поезде в присутствии чужих. А потом, когда увидела миссис Констэнтайн, то почувствовала, что готова практически на всё, чтобы нарисовать её.

— Это для тебя первоклассная реклама — или я слишком приземлённо рассуждаю?

Стейси не могла сдержать ответный смешок. Всего лишь блеснувший в глазах, но, конечно, Чарльз уловил его. Она сказала с упрёком:

— Довольно-таки. Это невероятная удача — получить подобную натуру. — Затем, после наименьшей возможной паузы — Я не знала, что вы появишься здесь.

— Можешь расценивать меня как бонус. Повезло, не так ли? Что ж, теперь, когда и ты здесь, и я здесь, думаю, нам стоит поговорить о делах.