Книга Тихие люди, страница 186 – Пол Клив

Дорога к старой скотобойне отнимает минут двадцать. Заросшая травой парковка перед зданием освещена, как стартовая площадка космодрома. Очевидно, полиция всерьез рассматривает возможность найти здесь Зака, что вселяет в меня надежду, – ровно до тех пор, пока я не вспоминаю, что они так же рассматривали версию о моей причастности.

Здесь с полдесятка патрульных машин полиции и еще с полдесятка полноприводных автомобилей без какой-либо маркировки на бортах. Десяток прожекторов светят во все стороны. Чуть в стороне установлен длинный складной стол с несколькими ноутбуками; какие-то люди изучают развернутые на нем карты и чертежи, деловито водя по ним пальцами. За провалами черных окон скотобойни вспыхивают и гаснут лучи фонариков. Одна из створок больших дверей в центре здания выломана, и внутри я вижу очертания брошенного оборудования, за шесть десятков лет проржавевшего до состояния декорации фильма ужасов.

— Где-то поблизости есть вода?

— Хочется пить?

— Нет. Я имел в виду, река или озеро.

— Зачем?

— Мне вспомнились слова Джонаса Джонса: Зака держат где-то у воды.

— В этом городе вода повсюду, – кивает Кент. – Недалеко текут несколько речушек, и мы их проверим, это я гарантирую.

— Где мне вести поиски? – спрашиваю я. – В здании или в лесу?

— Стойте, где стоите, – отвечает она.

— Пожалуйста! – прошу я в отчаянии. – Не заставляйте меня сидеть без дела, как в понедельник.

Подумав несколько секунд, Кент качает головой:

— Хотелось бы… Чем больше глаз, тем лучше, но вам нет доверия.

— Неправда, вы можете мне довериться.

— Отпустить вас бегать в темноте без присмотра? Простите, нет. Либо вы ждете в машине, либо замираете… вон там, – говорит она, указывая на угол заброшенного здания. – Пожалуй, зря я вас сюда притащила.

— Ну пожалуйста! Я смог бы… – торопливо возражаю я, но тяжелый взгляд детектива заставляет меня осечься. – Хорошо, посижу в сторонке.

Отойдя, я упираюсь в стену спиной, а затем сползаю по ней на холодный бетон. Подтягиваю колени к груди и кладу на них ноющие руки. С освещенной площадки с громким гулом взмывает ввысь большой полицейский дрон-наблюдатель. Затем еще, и еще один.

— Там камеры с тепловизорами, – поясняет мне Кент, после чего шатко ковыляет к столу, где разворачивается основное действие.

Люди входят на скотобойню и выходят из нее без видимой системы. Подъезжает еще несколько машин, включаются все новые прожекторы. Еще минут через десять появляется фургон кинологов с полицейскими собаками. Немецкие овчарки. Спущенные с поводков, они исчезают за деревьями. Через несколько минут подкатывает еще один фургон, из которого выпрыгивает та самая ищейка, что пыталась найти следы Зака в понедельник. Тогда ее миссия была провалена – по той простой причине, что никаких следов и в помине не было. На этот раз все будет иначе. Я это чувствую.

Неужели?

Чувствую.

Появляется пластиковый пакет; внутри – любимая футболка Зака, с Суперменом. Обнюхав ее, собака уверенно ведет хозяина к опушке леса и, немного покружив там, вслед за остальными исчезает за деревьями. Через две минуты со стороны стола доносится писк радиовызова, и на него отвечает здоровенный седовласый мужик с усами как у моржа; бросив в рацию несколько односложных реплик, он возвращает ее на стол и машет детективу Кент, чтобы та подошла. Я поднимаюсь на ноги, но не успеваю сделать и шага, когда Кент велит мне оставаться на месте.