Книга Тихие люди, страница 14 – Пол Клив

Запиликал мобильный, Ребекка содрогнулась и тихо хихикнула. Похоже, сегодня выдался как раз такой денек.

На вызов пришлось ответить – звонил ее напарник, детектив-инспектор Бен Томпсон. Три последние недели они работали вместе, и пока все шло неплохо. Ну, определенно лучше прежнего, ведь две предыдущие попытки Ребекки с кем-то сработаться завершились скверно: одна – смертью напарника, а другая – его увольнением из полиции по собственному желанию. Любопытно, не относятся ли подобные неудачи к закономерностям «по три в ряд» и какой временной промежуток от первой до третьей следует взять, чтобы смело причислять их к таковым?

— Привет! – говорит она.

— Ты где?

— Пока что у себя во дворе. Шину проткнула, – отвечает Ребекка, прикладывая монтировку ко второй по счету гайке.

— Черт. Первый прокол из трех, да?

— Да.

— Помощь нужна?

— Сама справлюсь.

— Слушай, тут у нас пропал семилетний мальчик, зовут Зак Мердок. Родители – Кэмерон и Лиза Мердок.

— Почему мне знакомы эти имена?

— Они пишут детективные романы, – поясняет Бен, и Ребекка вспоминает эту парочку: познакомилась с обоими пять лет тому назад, на писательской конференции в Окленде. Как-то вечером ее тогдашний коллега готовился взять интервью у двух писателей-документалистов, и, болтаясь с ним за кулисами, Ребекка повстречала Мердоков, которые как раз собирались уходить. Обоим чуть за тридцать, симпатичные и хорошо ладят друг с другом. Ей вспомнилось даже, как Кэмерон шутил о своей проступающей седине: волосы начали выцветать примерно тогда же, как им стали присылать первые рецензии. Он был подтянут, небрит и весел. Лиза выглядела спортивной и, похоже, оделась с целью выгодно это подчеркнуть: казалось, что, споткнувшись, она приземлится в одной из классических поз йоги. Тоже блистала остроумием. Помнится, удаляясь, эти двое держались за руки.

Ребекка встает на монтажный ключ.

— Я встречала их несколько лет назад. Казались довольно милыми… А когда мальчика видели в последний раз?

— Вчера вечером, около семи. Сегодня утром Мердоки зашли к нему, а ребенка не оказалось в кровати. Жена опрашивает соседей, не видел ли кто их сына, а муж колесит по окрестностям и ищет его. Полицейские уже едут к дому. Надеюсь, мальчик спрятался где-то на заднем дворе или, например, в соседском гараже. Вот только…

Бен умолкает на полуслове.

— Что?

— Диспетчер упомянула, что муж странно себя вел, разговаривая с ней по телефону. Когда диспетчер сказала, что полицейские направляются к дому, он велел ей заткнуться, а когда та возмутилась, ответил, что обращался не к ней, а к кому-то еще.

— Может, к своей жене?

— Не знаю. По его словам, жена вышла пробежаться по соседям.

— Так с кем же он тогда разговаривал?

— Не знаю. Впрочем, диспетчер отметила панические нотки в его голосе. Послушай, возможно, мальчишка прячется в квартале от дома, и я на это надеюсь, но… – говорит Бен и снова замолкает.

Ребекка переносит внимание на третью колесную гайку.

— «Но»?

— Наверное, к делу не относится, но эти ребята сочиняют детективы.

— В смысле?

— Опытные писатели вечно советуют начинающим: «Пишите о том, в чем хорошо разбираетесь», разве не так?

— Понятия не имею. Я не знакома ни с одним писателем. Кажется, пара минут общения с Мердоками пять лет тому назад в зачет не идут.