Книга Скандальная любовь лорда, страница 70 – Вера Ширай

Эвелин, ощутив свободу и облегчение, невольно поджала пальцы. Чуть не потеряв равновесие, она сначала схватилась за его рубашку, оставляя следы своего грима на его плече, а после вновь облокотилась о стену.

— Извините, — прошептала она.

Девушка переступила с ноги на ногу, сбрасывая и вторую туфлю, ступая босыми ногами на холодный пол.

Александр, не глядя на неё, перевернул обувь и резко встряхнул. На каменный пол с тихим звоном посыпались мелкие кристаллики стекла. Он внимательно осмотрел стельку.

— Мне жаль, эти туфли не спасти.

Её задело, что в такой момент он говорил о туфлях. Мужчина, словно не замечая неправильности своих действий, ботинком провел по каменному полу, сгребая стеклышки и пыль.

— Куда вы направлялись в таком состоянии?

— Домой.

Герцог лишь посмотрел на неё с немым вопросом, приподняв бровь.

— Помощник режиссёра должен прислать наёмный экипаж к чёрному входу, до него я точно смогла бы дойти.

— Вы не сможете идти, — спокойно сказал он.

— Я…

Он не дал ей договорить, сурово поджал губы, недовольно осматривая пол.

— Кто знает, что только не разлито и не рассыпано на этом полу.

Прежде чем она успела что-либо сказать, он приобнял её за спину и в следующую секунду притянул к себе. Не задавая лишних вопросов, уверенно подхватил её на руки: одной рукой крепко держал за спину, другой — подхватил под колени.

Ашмор быстро пронёс её через тёмный коридор служебных помещений театра, ногой открыл дверь и вышел на улицу. На дворе уже стояла глубокая ночь, и герцог, в поисках экипажа, начал внимательно вглядываться в конец улицы.

— Наёмные экипажи обычно останавливаются там, — она указала в сторону переулка, скрытого за поворотом.

Экипаж уже стоял на месте. Герцог усадил её внутрь и вместо того, чтобы захлопнуть дверь, отошёл поговорить с кучером. Эви не могла поверить, что вот сейчас этот вечер закончится, и она сможет вернуться в свою комнату.

Щелчок двери, топот копыт по мостовой вывели её из раздумий. Она тут же открыла глаза и увидела его: герцог сидел напротив неё.

— Вы… — она хотела спросить, почему он здесь, но сама осеклась, поражаясь наглости своего вопроса. Мужчина помог ей, скорее всего заплатил за экипаж и сейчас, как джентльмен, провожает её домой. И вместо вопроса она снова поблагодарила его.

В карете повисло неловкое молчание. Только стук колёс и доносящиеся с ночной улицы разговоры и шум изредка нарушали тишину.

Он не двигался, сидел с гордой осанкой и смотрел прямо на неё.

Эви, не выдержав такого пристального внимания, на секунду опустила глаза, сжала пальцами жёсткую ткань колючего платья Гертруды. Ей становилось не по себе.

Но тут же она выпрямилась, подчиняясь собственному приказу.

Почему она должна отводить взгляд?

Эви знала, что она ничего плохого не сделала. Её поведение в театре было абсолютно логичным и вежливым. А если задуматься, то со стеклом в туфлях актриса вообще могла устроить истерику посреди театра, и никто не посмел бы её в этом обвинить.

Не проехав даже половины пути до особняка леди Торпенгейм, экипаж остановился. Эви увидела кованые ворота, сад, а в глубине территории дорогой особняк.

Он не мог привести её к себе домой?

— В двух кварталах от моего дома живёт хороший врач. Мы осмотрим ваши ноги и, если нужно, пошлём за ним слугу. Если всё в порядке, я отвезу вас домой.