Книга Скандальная любовь лорда, страница 11 – Вера Ширай

— Скажите, что это ошибка! — она резко указала на платье. — Это ведь моё?

Блондинка обращалась явно не к Эвелин, но упорно указывала на её наряд указательным пальцем. В этот момент в дверном проёме появился режиссёр.

— Нуууу, Сесилия, — начал неуверенно мистер Джонсон, выглядывая из-за двери, но так и не сделав шаг в комнату. — Мы ведь уже обсуждали… Столько раз обсуждали …

— Обсуждали? — она резко развернулась к нему. — Вы отдали мою роль!

Эвелин медленно повернулась к ней.

— Доброе утро, мисс Бланш.

— Даже не пытайтесь быть вежливой, — резко бросила Сесилия.

— Офелия — моя роль! Я — блондинка. Я подхожу по образу. Всегда подходила!

Она шагнула ближе, разглядывая невесомое платье.

— А амери… Мисс Харлоу — Сесилия бросила быстрый, колкий взгляд на Эвелин, — вполне могла бы сыграть Гертруду. Возраст, опыт… темперамент.

— Офелия на старинных полотнах, — мямлил режиссёр, потирая ладони, — часто изображалась… с оттенком волос между блондом и рыжим. Это вполне исторично…

Эвелин тихо рассмеялась. Но достаточно звонко, чтобы Сесилия услышала и обернулась.

— Вам смешно?

— Немного, — честно ответила Эви. — Я просто подумала, что цвет волос не играет…

За режиссером показалась крупная фигура помощника, а в руках он держал большой букет дорогих цветов. Мужчина, припоминая свой последний визит в эту гримерку, демонстративно постучал по дверной раме.

— Мисс Бланш, — бодро сказал он, протягивая цветы. — Это вам.

Сесилия мгновенно отвлеклась от платья, и тут же пошла в сторону помощника, выхватывая цветы из его рук.

— Неужели вы думаете, — холодно произнесла она, — что публика примет её?

Она кивнула в сторону Эви.

— Может, вам стоит продвигать актрису, которую ценят зрители!

— Похоже, сегодня ожидается буря, — добавил помощник, бросив быстрый взгляд на Эвелин и едва заметно подмигнув ей. — Я, пожалуй, удалюсь.

Режиссёр резко выпрямился. Мужчина тоже устал от этих театральных ссор.

— Побойтесь бога, Сесилия, — раздражённо сказал он. — Поклонники и покровители — разные вещи. И вообще я здесь режиссёр.

Взгляд Сесилия зацепился за маленький торчащий из цветов конвертик роскошного красного цвета. Девушка отбросила цветы на стол, ловкими пальчиками она тут же достала записку. По мере чтения на её лице расцветала искренняя улыбка.

Режиссер, решив, что конфликт исчерпан, а тема изжила себя, направился на выход, да такой уверенной походкой, словно он посчитал себя победителем.

Сесилия на секунду осталась стоять, затем резко развернулась и побежала следом.

— Мистер Джонсон, — кричала она.

Эвелин провела рукой по белой ткани шикарного платья. Она всё таки планировала примерить его. Как снова дверь отворилась, только на этот раз тихо.

— Кажется, я застала сцену, — раздался знакомый голос.

София Эвердейл стояла на пороге, с блокнотом в руках.

— Видите, — сказала Эвелин, не оборачиваясь, — вы явно недооценили работу трупы театра.

— Возможно, — тихо ответила она.

Эвелин отложила платье и села на мягкий диванчик, рукой предложила девушке присесть рядом с собой. Но журналистка, которая всё никак не решалась заговорить, предпочла ходить из одного угла комнаты в другой.

— И всё же… мне нужна ваша помощь. — наконец, решилась она.

— Помощь? — спросила удивленно Эвелин.

София кивнула, замялась.