Книга Помещица, страница 39 – Инна Дворцова

— Как вы выжили? Если против вас выставили ломников и стаю гончих…

Дамиан тяжело вздохнул и достал из-под рубахи массивный инквизиторский крест. Серебро потемнело, местами оплавилось, потеряв чёткие очертания.

— Боевая выучка кадетского корпуса, — он позволил себе слабую, почти незаметную улыбку, — и это. Серебро жжёт тварей Изнанки почище, чем соль. Я вгонял крест прямо в пасти гончих. Но я был не один… Шестеро моих людей, верных братьев по Ордену, остались лежать на том тракте. Они выиграли мне время.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Я живо представила эту бойню на ночной дороге: лязг челюстей, крики умирающих людей, вспышки магии и серебра.

— Почему вы пошли к моему поместью? — спросила я. — Ведь по доносу здесь вас ждала ведьма. Вы должны были отступать к ближайшему форту.

— «Пошли» — это сильно сказано, — просто ответил Дамиан и криво усмехнулся. — Я умирал. Изнанка уже тянула ко мне свои ледяные пальцы, чернота от яда гончих шла по венам. Рассудок мутился. Но сквозь этот морок я почувствовал зов. Я полз инстинктивно, на свет, как мотылёк. Там, где должна была быть мёртвая земля чернокнижницы, я почуял чистейший источник Жизни.

Он с трудом подался вперёд, посмотрев мне прямо в глаза. Взгляд инквизитора был пронзительным, лишённым всяких сомнений.

— Я видел вашу землю, Елизавета, пока полз к усадьбе, пока терял сознание на пороге. Здесь нет чернокнижия — здесь только Жизнь. Это место не проклято, оно исцеляется.

Я медленно кивнула, чувствуя, как внутри распускается тугой узел тревоги. Главный судья, присланный по мою душу, перешёл на мою сторону. Инквизитор по воле судьбы стал главным свидетелем моей невиновности.

— Значит, теперь мы с вами по одну сторону баррикад, отец Дамиан, — тихо сказала я. — Нам обоим нужно узнать, кто управляет тварями через обсидиановое зеркало.

— И этот кто-то находится в столице, Елизавета, — веско добавил инквизитор. — Местные не знали точного маршрута и времени моего появления. Натравить на меня пустошных гончих мог лишь тот, кто имеет доступ к тайнам Инквизиции. Тот, кто очень близок к Ордену.

Массивный дубовый стол в библиотеке усадьбы давно не видел такого количества бумаг. Свитки, вырванные из гроссбухов страницы, письма и раскрытые древние гримуары покрывали его сплошным ковром.

Мы втроём: я, Михаил и отец Дамиан и собирали картину воедино. То, что начиналось как разрозненные подозрения и догадки, теперь обретало плоть, превращаясь в чудовищный по своим масштабам заговор. И все его нити вели в один дом к моей мачехе — Кларе Августовне.

Снаружи бушевала приграничная буря, но это не помешало нашей связи со столицей. Пару часов назад в окно глухо ударил клювом огромный белый сокол. Это был кречет из службы «Императорских крыльев».

Выносливые, не знающие усталости птицы летали в любую непогоду, а потому письма и документы, доставленные соколом, не требовали дополнительного заверения и имели в судах Империи абсолютную юридическую силу.

Михаил аккуратно отстегнул тубус от лапы заснеженной птицы. Внутри оказались финансовые выписки, добытые его столичными агентами.

— Вот оно, — Белозёров разложил на столе плотные листы. — Огромные суммы регулярно уходили со счетов семьи Поляковых на подставные имена. И самое интересное — даты этих переводов идеально совпадают с покупкой тварей Изнанки и наймом контрабандистов.