Книга Бедовая ведьмица, или приключения на мой хвост, страница 67 – Светлана Калинникова

Старушка была настойчива, я кое-как от нее отвязалась, сказав на прощание: «Я подумаю».

Зато я уговорила Дольского составить мне компанию слетать со мной в староградский лес на озеро.

— Ты полетишь обнаженной, надеюсь? Как Маргарита?

— Не о том думаешь, Дольский. В лесу клещей – пруд пруди! Одеваемся по-походному, но на белой одежде этих вредителей заметить легче. Учти!

Мы условились, что он приедет ко мне к десяти часам вечера.

Я попросила девочку-администратора пропустить ко мне давнего знакомого, предупредив, что в номере мы с ним не останемся, потому что с полетной площадки мы отбываем на празднование Ивана-Купала.

Милая девушка Екатерина улыбнулась и сказала, что находит очень романтичным совместный полет в такой замечательный праздник. Не понимаю, как раньше я не замечала, что ее нос слегка длинноват и мешает добропорядочным ведьмам вести свои дела без учета ее мнения.

— Откуда у вас столько мух? – раздраженно сказала я.

— У нас их не может быть, - вежливо сказала девушка, - кругом москитные сетки.

— А это что такое? – я пальцем показала на ее нос, на котором сидела жирненькая такая муха.

Катя смешно скосила глаза и попыталась ее скинуть с носа. Ага, сейчас - не для того я ее туда посадила. Минуты три ей для лечения излишнего любопытства вполне хватит. С лихвой, то есть с носом.

В отличнейшем настроении я пришла в номер, где голодный Егор очень злился и пыхтел. Пришлось ему объяснить, что такое холодильник. Но прежде я подсунула расческу Дольского.

— Не он это, - буркнул «злыдень», понюхав, - Есть хочу!

Кажется, он обживался и в той же степени наглел. Наевшись сосисок и булок, он развалился на кресле и начал икать. Я кинула в него тапки.

Странным образом, на Дольского кот и «злыдень» отреагировали буднично, как будто он всегда околачивался где-то рядом.

Мы с Дольским оба надели белые джинсы и белые рубахи. Только кроссовки у меня были серые, а у моего компаньона – черные. Я сняла с него темные очки, объяснив, что в полете на скорости они с него слетят. Пусть радуется, что я не надела на него шлем.

На летной площадке он усмехнулся, увидев подаренную мне метлу. Я свистнула ей, и метла покорно легла в воздухе. Я перекинула через метлу ногу, а Дольский, усевшись сзади, обхватил меня под грудью, слегка пройдясь руками по доступной части тела.

— Эй, скину! – предупредила я его.

Так мы и полетели к лесному озеру. Мы летели над вечерним городом, над таинственным лесом, рассекая воздушную гладь. Дольский, поначалу напряженный и с непривычки тяжело дышащий, оставил волнение и полностью доверился мне и моему внутреннему чувству неба и воздуха.

Мы спустились прямо на лесной опушке, от которой шла тропинка к озеру.

— Поздоровайся, - подсказала я, как только мы оказались на земле. Дольский оглянулся – никого, посмотрел по сторонам – никого.

— Здравствуйте, молодой человек, - торжественно произнес спустившийся с дуба леший, по случаю торжественной ночи, надевший новую косоворотку и красные (ни в коем случае не революционные) шаровары. На голове его красовался сползший на одно ухо венок.

— Леший, - представился он, и протянул руку Дольскому. – А вы кем нашей Дарьюшке приходитесь?

— Жених! – громко, не моргнув глазом, ответил Дольский, - Дмитрий. Очень, очень приятно.