Книга Развод с альфой. Лунная аптека для его проклятых волчат, страница 77 – Лия Верес

чем скрывало.

— Тогда объясните, откуда вы знали имя Лиор, — сказала я.

Она молчала.

Корвин повернулся к ней.

— Ответь.

Малена посмотрела на него. В её взгляде мелькнуло почти настоящее отчаяние, но не за Лиса.

За себя. За рухнувший порядок, где она говорила мягко, а остальные верили, потому что так

было удобнее.

— Ты правда думаешь, что я враг твоим детям?

— Я думаю, ты назвала моего сына именем, которое он не выбирал. И сделала это в момент,

когда круг был открыт.

— Потому что иначе он бы потерялся!

Лис снова вскрикнул.

Дощечка в руках детей вспыхнула чёрным по углу. Нэя стиснула зубы, и по её запястьям

побежали светлые линии. Тайр зарычал глухо, по-волчьи, но не бросился. Он остался рядом с

братом. Удержал себя, потому что сейчас защита была не в нападении, а в том, чтобы не

оставить Лиса одного.

И именно тогда я увидела.

За спиной Лиса, на тёмном камне северного круга, поднялась маленькая тень.

Сначала — неровное пятно, совсем слабое, меньше, чем должна была быть тень ребёнка под

таким светом. Потом у неё обозначились лапы, тонкая спина, маленькая голова с настороженными

ушами. Волчонок был едва виден, будто нарисован дымом, но он стоял. Не отдельно у трещины.

Не у двери. Не у чужого знака.

Рядом с Лисом.

— Лис, — прошептала я. — Посмотри.

Он боялся опустить глаза. Я видела, как страх держит его за подбородок. Но Нэя наклонилась

к нему и сказала, уже не шёпотом, уже своим голосом:

— Она твоя.

Тайр добавил:

— Маленькая, но упрямая.

Лис всхлипнул и всё-таки посмотрел.

Его лицо изменилось не сразу. Сначала он не поверил. Потом моргнул. Потом из груди у него

вырвался такой осторожный вдох, словно он боялся спугнуть собственную тень, если обрадуется

слишком сильно.

— Моя? — спросил он.

— Твоя, — сказал Корвин.

Серебряная стена между нами и детьми дрогнула.

Малена побледнела.

— Нельзя, — выдохнула она. — Он не должен был проявиться здесь.

— Почему? — спросил Корвин. — Потому что северный круг должен был отдать его вам?

Она посмотрела на Грегора.

Вот теперь все увидели.

Не только я. Не только Корвин. Совет, стражи, главы домов, писари, женщины у стен, даже те,

кто до этого прятался за уважительным молчанием. Малена не искала помощи у альфы. Она искала

её у старейшины, который знал слишком много.

Грегор ударил тростью, но звук вышел глухим.

— Обряд продолжается. Тень младшего проявилась нестабильно. Это подтверждает необходимость

надзора Совета.

— Нет, — сказал Тайр.

Он поднял свою дощечку.

— Меня зовут Тайр Луар Арк. Я не опасный из-за того, что поздний волк.

Его тень за спиной подняла голову. Волчонок стал чётче, сильнее, но не бросился на Совет.

Он встал рядом с тенью Лиса, и между ними протянулась светлая линия.

Нэя подняла дощечку матери.

— Меня зовут Нэя Арк, дочь Лиары Сейн Арк. Мой голос не пустой и не ваш.

Её тень отозвалась третьей. Тонкая, гибкая, сначала нерешительная, она вышла из-под края

лунной ленты и легла рядом с ней, не прячась. Нэя дрожала, но говорила. И каждый звук,

который она произносила, разрушал старое обвинение сильнее, чем крик.

Лис держал пустую дощечку.

— А я Лис Арк, — сказал он.

На дощечке снова проявилась буква Л. Потом вторая. Третья. Они были ещё не полным вторым

именем, не окончательным кругом, но они были его собственными линиями. Не Вирс. Не чужой