Книга Избранная, страница 92 – Юлия Белова

Повелитель задумался.

В словах советника была логика. Война им не нужна. Король Левинии вряд ли согласится жениться на какой‑то безымянной девице, но если это будет родная дочь Джихиньяра…

Но ведь это Тамиша. Его лучик солнца. Его самая большая любовь и отрада для сердца.

— Может, ты и прав, — с сомнением произнёс он, но затем, словно убеждая себя, добавил бодрее: — И всё же это было хорошее решение. Ты молодец.

— Прошу прощения, что не сказал об этом раньше, Повелитель, но эта идея не принадлежала мне, — склонил седую голову Анаташ.

— Если не самому мудрому человеку нашей страны, то кому?

— Я рад, что вы такого мнения обо мне, но на этот раз идея исходила от вашей невестки, госпожи Анны.

Джихиньяр удивлённо вскинул брови:

— Жена Одаша? Та девчонка? Откуда она вообще могла узнать обо всём? — В его голосе звучало недоверие. — Не могу поверить, что такое, на первый взгляд, простое, но действенное решение не смог предложить никто из моего совета, а вот какая‑то девчонка додумалась сразу.

— Я прогуливался по саду и встретил её, отдыхающую в тени деревьев. Госпожа поинтересовалась моим задумчивым видом, и я, не заметив, поведал ей обо всём. Тогда же я и спросил, как бы в такой ситуации поступила сама госпожа. Она и предложила такое решение.

— Идея выдать замуж Тамишу тоже принадлежала ей? — нахмурил брови Джихиньяр.

— Нет, Повелитель. Госпожа лишь предложила брачный союз, — тут же пояснил Анаташ. Он хотел, чтобы Повелитель узнал о мудрости этой девушки, но не увидел в ней врага, нацеленного навредить его любимой дочери.

— С каждым разом она удивляет меня всё сильнее, — наконец сказал Повелитель. И айшир Анаташ был с ним полностью солидарен.

* * *

Вечер Джихиньяр решил провести в компании своей возлюбленной Бильшияр.

Женщина сияла. Её улыбка была ослепительной, а смех — звонким, как весенний ручей. Она предвкушала приятное продолжение ужина. Уж она‑то постарается, чтобы Повелитель наконец сменил гнев на милость.

Тогда‑то она и наверстает всё, что было упущено.

Но вечер, задуманный как миг нежности и сближения, оборачивался тихой бурей.

Бильшияр вскоре заметила: Джихиньяр далёк от неё. Его взгляд скользил по столу, по стенам, по её лицу — но не видел. Он слушал вполуха, отвечал невпопад, погружённый в лабиринт собственных мыслей.

Нахмурившись, она отложила приборы, мягко коснулась его руки.

— Господин мой, вас что‑то гложет? — спросила она, и голос её звучал как шёлковая нить — нежный, заботливый, почти трепетный.

Джихиньяр вздрогнул, словно пробуждаясь от сна. Взгляд его сфокусировался на ней. Он накрыл её ладонь своей, улыбнулся — но улыбка вышла механической, без тепла.

А в голове всё звучали слова Анаташа.

Что, если действительно поступить так?

Если он решится выдать дочь замуж за короля Левинии, Тамиша станет не просто госпожой — она станет королевой. В Левинии нет многожёнства: она будет единственной женой, хозяйкой дворца, владычицей судьбы.

Может, это и к лучшему?

— Как ты думаешь о том, чтобы выдать нашу дочь замуж? — спросил он вдруг, и в голосе его не было ни тени игривости, ни намёка на лёгкость.

Бильшияр замерла.

С чего вдруг такой вопрос?

Но, поразмыслив, она решила: идея не так уж плоха. Тамише уже семнадцать — возраст, когда девушки вступают в брак. Сама Бильшияр попала в гарем в тринадцать, а делить постель с Повелителем начала чуть позже. Если Джихиньяр подберёт дочери достойного мужа — а иначе и быть не может, — почему бы и нет?