Книга Императрица, страница 111 – Юлия Белова

Анна невольно улыбнулась, а потом взгляд её снова стал задумчивым. Мысли скользнули к тому, что жило теперь внутри неё. Интересно, на кого будет похож её ребёнок? На неё — с прядями белыми, словно лунный свет? Или на Ардэна — с тёмными, как ночь, волосами? Мальчик или девочка — не так уж важно. Главное, чтобы он родился здоровым, чтобы его сердце билось ровно, а лёгкие свободно вдыхали этот неспокойный, но такой живой воздух.

— Анна! — раздался откуда‑то сбоку звонкий голос Нины.

Советница шла быстрым шагом, и в её походке чувствовалась привычная энергия, хоть между ней и Ферухе всё ещё витала лёгкая неловкость. Они помирились, признав свои ошибки и попросив друг у друга прощения, а потом, как водится, отметили это дело так основательно, что Сайсу пришлось весь день колдовать над ними, возвращая к жизни с помощью своих настоев.

— У меня две новости, — заговорила Нина, едва поравнявшись с Анной. — Одна хорошая, другая — отвратительная.

— Говори, — спокойно ответила Повелительница, хотя в груди уже шевельнулось то самое тяжёлое предчувствие, от которого не спрятаться.

— Сашах мертва. Её раскрыли, — тихо произнесла Нина, будто боялась, что само слово «мертва» может ранить сильнее любого клинка.

Анна прикрыла глаза. Ещё одна душа, погасшая в этом бесконечном огне войны. Сколько ещё имён придётся запомнить, чтобы не дать им раствориться в тишине?

— Как Лея? — сразу спросила она.

— С ней всё хорошо. Она будет осторожнее. Пока никто ничего не заподозрил.

— Это хорошо, — вздохнула Анна. — Если она сейчас уйдёт, это вызовет подозрения. Пусть остаётся на месте, продолжает делать своё дело. А что с семьёй Сашах?

Нина покачала головой:

— Живых никого не осталось.

Значит, некому будет вспоминать храбрую девушку, некому шептать её имя по вечерам, некому хранить её смех в памяти. Некому, кроме них. И от этой мысли становилось особенно горько.

— А вторая новость? — спросила Анна, уже догадываясь, что теперь услышит что‑то, способное хоть на миг разогнать сгустившиеся тени.

— Ты скоро станешь бабушкой, — улыбнулась Нина, и в этой улыбке было столько тепла, что оно будто согрело даже прохладный осенний воздух.

Анна тихо рассмеялась — немного удивлённо, немного растерянно. Услышать такое в двадцать семь лет, когда твой единственный ребёнок всё ещё тихо шевелится у тебя под сердцем… В этом была какая‑то нелепая, но светлая ирония судьбы.

— Значит, у Магнеша и Алисии будет ребёнок, — проговорила она, и на душе вдруг стало светлее. — Это замечательная новость.

Она невольно улыбнулась, представив себе счастливого Анаташа — прадеда, который наверняка будет ворчать, что всё происходит слишком быстро, но втайне будет безмерно рад.

— Интересно, как там Анаташ? — снова улыбнулась Анна. — Я рада, что у Магнеша и Алисии всё хорошо.

В голове тут же мелькнула мысль: нужно обязательно написать Алисии письмо с поздравлением. Девочка заслужила счастье. Было бы так хорошо, если бы она узнала Магнеша таким, каким помнила его Анна — улыбчивым, добрым, живым, ещё не изломанным тяжестью ответственности и войны. Эти двое смогут подарить друг другу покой. И, может быть, тогда всё понемногу вернётся на круги своя. Следующим Повелителем станет человек, в чьих жилах течёт кровь великого рода Баладжар, — и это будет не просто титул, а продолжение чего‑то настоящего.