Книга Повелительница, страница 133 – Юлия Белова

Зал наполнился шорохом — министры разворачивали свитки, доставали перья, шептались, обсуждая первые шаги. Анна же, удовлетворённо кивнув, направилась к выходу, оставляя за спиной гул оживлённых обсуждений и зарождающееся понимание: эпоха перемен началась.

И потекли часы — долгие, тягучие, наполненные гулом голосов, шелестом пергаментов и скрипом перьев. Весь аппарат власти погрузился в обсуждение будущего Варгалы: министры спорили, советники вносили предложения, писцы торопливо фиксировали решения, а стражи у дверей застыли недвижными изваяниями.

Анна делилась всеми разработками и договорённостями, которые успела обсудить с вождями. Она говорила чётко, уверенно, раскладывая по полочкам каждый пункт: торговые пути, распределение земель, гарнизоны, налоги, поддержка местного населения. Её голос звучал ровно, но в глубине души она ощущала тяжесть — ответственность за судьбы тысяч людей давила, словно каменная плита.

Некоторые моменты министры встречали с одобрением — кивали, переглядывались, одобрительно перешёптывались. Другие предложения вызывали осуждение и недовольство: брови хмурились, голоса повышались, раздавались резкие реплики. Третьи требовали доработки — тут же сыпались вопросы, уточнения, контрпредложения. Зал наполнялся энергией споров, где сталкивались опыт и амбиции, осторожность и решимость.

Они работали без перерыва на протяжении девяти часов — свечи догорели до огарков, в окнах уже сгущались сумерки, а воздух наполнился запахом чернил, воска и усталости. Но решить всё не удалось: слишком много нюансов, слишком много подводных течений. Было решено оставить часть вопросов на завтра — дать информации уложиться в головах, остыть эмоциям, взглянуть на ситуацию свежим взглядом.

На протяжении всего этого времени Анна чувствовала на себе внимательный и жадный взгляд Джарефа. Он не отрывался от неё ни на секунду — словно пытался прочесть мысли, уловить малейшее колебание, найти уязвимость. Честно говоря, за всё время пребывания в Варгале — а уж тем более на фоне признания Ардэна — она совершенно о нём позабыла. От этого осознания девушку охватывал стыд.

Когда совет был завершён и последние свитки убраны, а министры начали расходиться, переговариваясь и обсуждая итоги, Джареф, наплевав на все условности, целенаправленно направился в её сторону. Его шаги звучали твёрдо, уверенно — он явно намеревался поговорить. Анна, охваченная внезапной робостью и смущением, позорно сбежала: скользнула в боковую дверь, едва кивнув стражам, и поспешила прочь по полутёмным коридорам.

К тому же Ферухе, незаметно приблизившись, тихо сообщила:

— Подопечная лекарей наконец очнулась.

Анна остановилась, перевела дыхание, собираясь с мыслями. Усталость отступила на второй план — теперь её гнало вперёд беспокойство и надежда.

— Позовите Сайса, — приказала Повелительница, и в её голосе прозвучала властность, не терпящая возражений. — И проводите меня к ней. Немедленно.

* * *

Нина пристально смотрела на вошедшую девушку, которую вели под руки слуги. Несмотря на внешние изменения, паршивый характер старой знакомой остался прежним — в этом Нина убедилась с первого же взгляда. Тамиша всё так же держалась высокомерно, с этой привычной ноткой самовлюблённости, будто весь мир существовал лишь для её удовольствия.