Книга Рабыня, страница 107 – Юлия Белова

— Скажи, — снова заговорил он, и в голосе его звучала нерешительность, — то, что случилось… это из‑за меня? Я что‑то сделал не так?

Она опустила глаза, с такой силой сжимая стакан, что пальцы побелели. Ардэн тут же мысленно обругал себя — зачем спросил? неужели не видишь, как ей тяжело?

— Ты можешь не отвечать, — быстро добавил он, стараясь сгладить неловкость.

Он ощутил, как странное пойло наконец‑то вступило в полную силу — словно тёплая волна, медленно поднимающаяся от кончиков пальцев к самому мозгу. В голове разлилась приятная пустота, тело наполнилось небывалой лёгкостью, будто он перестал быть человеком из плоти и крови, превратившись в тень, едва касающуюся земли.

И тут он вспомнил Нину — хитрую, коварную подругу детства, которая заявилась к нему утром без предупреждения. Её визиты давно стали привычными, и он никогда не удивлялся её появлению. Они перекинулись парой фраз, а потом она, прищурившись, заметила, что он «слишком напряжён», и предложила «расслабиться».

Это тоже было в порядке вещей. Нина частенько присылала к нему девушек — красивых, послушных, не доставляющих хлопот. Он никогда не отказывался: зачем? Всё было продумано, безопасно, без последствий. Но он никак не ожидал, что на этот раз она попытается вмешаться в его сознание, подмешать что‑то в вино.

Однако, несмотря на дурманящее действие отвара, пламя, вспыхнувшее в нём после поцелуя Анны, не угасало. Оно горело, пульсировало, заставляло взгляд невольно скользить по её губам, по груди, едва прикрытой синей тканью. К собственному стыду, он почувствовал, как желание сжимает его чресла, как тело реагирует вопреки разуму.

Сквозь туманную негу он осознал: если она останется, это не поможет ей успокоиться. Наоборот.

Резким движением он шагнул назад, заслонившись столиком, словно хрупкая перегородка могла удержать бурю внутри него.

— Ты… можешь уйти, если… — голос звучал глухо, будто доносился издалека.

Анна не сдвинулась с места.

— Пойми, я выпил немного лишнего, и если ты останешься, боюсь, что не смогу сдержаться. Просто уйди.

— Но я не хочу уходить.

На мгновение ему показалось, что это лишь эхо его собственных мыслей, обман слуха, вызванный дурманом. Он резко поднял голову, уставившись на неё в немом изумлении.

Она всё ещё стояла там — маленькая, хрупкая, сжимая в руках стакан, опустив глаза. Но в её голосе не было ни страха, ни неуверенности. Только твёрдость.

— Не хочешь поговорить об этом? — вдруг спросил он, и в голосе прозвучала непривычная мягкость.

Анна подняла на него глаза — и Ардэн снова утонул в их необыкновенной синеве. Как зачарованный, он следил за тем, как в этой бездонной глубине одна эмоция сменяет другую.

Он вспомнил, как впервые увидел её в доме главы Оттаморы — тогда в её взгляде горела непоколебимая уверенность, когда она встала на защиту вакхалийца. Потом были мимолетные встречи на палубе корабля: Анна смотрела на океан, и ему казалось, что бескрайние водные просторы отражаются в её глазах, несмотря на затаённую печаль.

Но сейчас в её взгляде вспыхнула злость — яркая, обжигающая.

— Наверное, мне действительно лучше уйти, — резко бросила она.

Стакан с глухим стуком опустился на стол. Анна развернулась и устремилась к выходу, но крепкая мужская рука перехватила её запястье, останавливая.