Книга Её единственный омут спасения, страница 97 – Екатерина Звёздная

Ночь вступила в свои права, когда я более‑менее смогла успокоиться. Сходила умыться. За всё время меня никто не беспокоил, чему я была безмерно благодарна. Переодевшись в футболку и короткие брюки, я прошла на террасу, усаживаясь в одно из кресел и подминая под себя ноги.

Что ж, последние дни были очень информативны. После общения с бабушкой Наей вопросов меньше не стало, зато подтвердились причины ненависти семьи ко мне. Деда ни простить, ни понять я не могла. Логика была очень примитивной — словно он хотел просто найти предлог, чтобы кого‑то обвинить. Конечно, проще выместить злость на живой внучке, чем на мёртвых брате и любимой женщине.

Но всё равно многое в истории моего рождения выглядит очень странно. Словно случилось какое‑то чудо. Но о каком чуде в космическую эру вообще может идти речь?

С другой стороны, есть Эпонея. Вот и повод для чуда. Но все говорят, что это не чудо, а психея. Уже не мистика, а нечто глубже.

Не знаю, что в разговоре стало катализатором, но мысли стали более упорядочены. Я словно по полочкам раскладывала всю полученную информацию или словно собирала пазл, где как раз не хватало одной детали.

Когда ночь вступила в свои права, я продолжала сидеть на месте. Звёзды на небе привлекли всё моё внимание. Красиво, но в то же время какого‑то восхищения не вызывали. От двойственности своего настроения и восприятия я стала уставать.

Веки со временем стали закрываться. Я несколько раз зевнула, чуть не свернув челюсть. Поднялась, потянулась и потёрла глаза. Хотелось безумно спать.

До кровати я дошла с закрытыми глазами — по памяти, расправила одеяло, забралась под него и опустила голову на подушку. В памяти мелькнул образ Карлана: когда впервые мы лежали на той импровизированной кровати из палок и листьев. Улыбнулась, вспоминая, как пришлось его уговаривать. А ещё вспомнилось ощущение его крупного тела, которое было удобно обнимать.

— Хочу тебя увидеть, — прошептала в темноту, обнимая вторую подушку и окончательно отдаваясь сну.

Лёгкий ветер трепал волосы, а нос улавливал неизвестные, но очень приятные запахи. Я удивлённо открыла глаза.

— Что за чёрт?

Огляделась. Подобное я видела впервые. Либо меня куда‑то перенесли, либо я куда‑то попала.

Посмотрела вниз — на мне была футболка и брюки, которые я надела перед сном. На ногах ничего.

Осмотрелась ещё раз. Новое незнакомое место выглядело странно: голая земля покрыта песком и камнями разной формы или скалистыми образованиями, а впереди виднелись высокие башни разной формы. По небу периодически пролетали кометы или осколки звёзд.

Но никого рядом не увидела. Понимая, что стоять здесь смысла нет, я двинулась в сторону башен. Чем ближе я шла, тем живописнее становилась картина: появлялись первые участки земли с травой, даже местами были цветы. Но когда я вышла к тропинке из кирпичной кладки, замерла. Сзади — полное опустошение, а впереди — благоухала жизнь.

Мимо пробежало какое‑то существо, похожее на зайца. Я проводила его взглядом. Потом вновь посмотрела вперёд, рассматривая небольшое здание, похожее на дворец с пятью башнями.

— Это дом Эпонеи, что ли? — бурчала я, медленно двигаясь по петляющей влево‑вправо тропинке.

Дойдя до дворца, я остановилась. У дверей с двух сторон стояли величественные скульптуры. Или это были солдаты? Сделав шаг, я замерла, смотря на их лица. Но они не двигались. Ещё шаг… и ещё…